Дорогие пользователи и гости сайта. Нам очень нужны переводчики, редакторы и сверщики. Мы ждем именно тебя!
Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1
  • 2

ТЕМА: Н.Ж. Уолтерс - Наследие Александры

Н.Ж. Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:20 #1

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Н. Ж. Уолтерс "Наследие Александры"

Название: Alexandra’s Legacy / Наследие Александры
Автор: N.J. Walters / Н.Ж. Уолтерс
Описание: Оборотни
Количество глав: 25 глав, эпилог
Год издания: 2009
Серия: Legacy / Наследие - 1 книга
Статус перевода: завершен

Перевод: Галина, Valija
Сверка: Valija
Редактура: Manhattan, Nikita, Valija
Обложка: Wuffels


Аннотация

Истина может освободить её… или убить.

День Александры Рилей начинался как самый обычный в её монотонной, однообразной жизни. Но высокий темноволосый незнакомец разрушил эту хрупкую иллюзию. Затащив её в гараж, он рассказывает ей всю правду про её отца. Оказывается, она дочь легендарного оборотня, метис человека и зверя. Лакомый кусочек для других оборотней. Джошуа Страйкер, ответственный за защиту вожаков Волчьей Бухты, должен отвезти Алекс в её настоящий дом.

Но с самой первой их встречи, с самого первого взгляда... Он понимает, что не сможет отдать её никому. Она - его слабость, от которой он пытается отказаться, но не может.

Только уберечь её не так просто. По городским улицам к горам Северной Каролины Алекс и Джошуа убегают от тех, кто против их любви, слияния ДНК простого человека с кровью высшего оборотня и от наёмников, считающих, что оборотень может существовать на земле лишь как мертвец. Алекс и Джошуа не могут убежать от страсти, охватившей их, и от выбора, с которым под конец предстоит столкнуться Алекс - выпустить свою сущность оборотня наружу или остаться с Джошуа как человек...

Предупреждение: Эта книга содержит извращенных оборотней, оборотней-мерзавцев, противных наёмников, таинственного вампира и много горячих сексуальных перерывов, которые поднимут ваше кровяное давление.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:20 #2

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Эта книга для тебя, Джерард. Спасибо за то, что всегда в меня верил.
Спасибо моему замечательному редактору, Хайди Мур. Ваш острый взгляд и своевременные предложения, всегда помогали мне улучшить мои книги. Я обещаю исключить некоторые слова из своего лексикона …или, по крайней мере, использовать их более умеренно.

Глава 1


Идя вдоль тротуара лёгким неторопливым шагом, девушка почувствовала на себе чей-то наблюдающий взгляд. Улица выглядела пустынной, но Александру Райли не могло обмануть внешнее спокойствие. Она выросла в Чикаго, и хотя это был рабочий район, она знала, что у стен и переулков есть глаза и уши.
Ночные обитатели начинали потихоньку возвращаться обратно в свои дневные убежища, – на то время, пока солнце снова не зайдет. Новый день едва забрезжил и уличное освещение, мигнув, погасло, когда рассвет озарил небо. Народ Южной Стороны ещё только просыпался, готовясь начать очередной трудовой день.
Жонглируя двумя большими стаканами дымящегося горячего кофе и пакетом со сдобными свежеиспеченными булочками с черникой, Алекс направилась к большому зданию в конце улицы. Хотя она прекрасно сознавала, что её окружает, она не боялась. Это был ее дом и, плохо ли, хорошо ли, это были близкие ей люди. Они все знали ее, но что более важно, они знали ее отца. А Джеймс Райли охотно оторвет голову любому только за то, что кто-то слишком пристально посмотрел в ее сторону.
Её глаза уловили неясное движение, и Алекс сразу напряглась, но спустя мгновение расслабилась.
— Привет, Дивайн.
Навстречу шла стареющая проститутка, возвращаясь домой после тяжелой ночной работы. Алекс не понимала, как Дивайн могла заниматься тем, чем занималась, но она не презирала эту женщину. Каждый сделал свой собственный выбор для того, чтобы выжить.
— Доброе утро, Алекс. — Дивайн ковыляла в своих черных кожаных сапогах на высоком каблуке. Верхняя часть ее сапог доходила до колен, оставляя обнаженной значительную часть ноги до низа ее юбки. Голос у женщины был скрипучим, глаза налиты кровью. Многие годы курения, употребления алкоголя и занятия проституцией оставили на ней свой след. Обесцвеченные белокурые волосы Дивайн были спутаны, макияж почти стёрся, обнаруживая истинный возраст женщины.
— Тяжёлая ночь? — Алекс остановилась, поравнявшись с Дивайн.
— Странная ночь. — Женщина сделала паузу и нервно оглянулась. — Какое-то жуткое дерьмо творится здесь.
Алекс ощутила, как волосы на ее затылке встали дыбом. Кто-то наблюдал за ними.
— Что за дерьмо? — За последние пару дней чувство тревоги стало ее постоянным спутником.
Дивайн пожала плечами, пожирая глазами кофе в руке Алекс.
— Все возбуждённые, нервные. Кажется, кругом полно ТЕХ, и они шныряют по округе.
Алекс переступила с одной ноги на другую, не зная, что сказать. Она знала, Дивайн верит, что вампиры, оборотни, ведьмы и демоны населяют город, живя бок о бок с остальной частью населения. Лично Алекс думала, что Дивайн принимала в свое время слишком много наркотиков, прежде чем смогла окончательно побороть эту привычку год назад.
К счастью, Дивайн не нуждалась в ответе. Она дернула свой изодранный свитер, плотнее натягивая его на свои плечи, и содрогнулась.
— В дневное время достаточно безопасно. Эти существа любят ночь.
Городу не нужны были вампиры или демоны, чтобы сделать его опасным. Для этого вполне хватало извращенцев и преступников. Но Дивайн была права в одном: большинство из них обычно выходили только после захода солнца.
— Будь осторожна. — Алекс понимала, что бесполезно говорить Дивайн, чтобы она оставалась дома. Если Дивайн не будет работать – ей нечего будет есть.
— Ладно. — Она пристально смотрела на кофе, облизывая губы.
Алекс вздохнула про себя, передавая ей один из бумажных стаканов с дымящимся кофе.
— Вот. Похоже, тебе это будет полезно. — Кофе был одной из слабостей Алекс, и она постоянно ей потакала. Отто Быковски, владелец пекарни, в которую она ежедневно заходила, всегда имел под рукой запас ее любимого обжаренного кофе.
— Ты уверена? — всё же спросила Дивайн, хотя уже дотянулась до стаканчика из вторсырья и плотно обхватила его своими ярко наманикюренными пальцами.
— Да. Уверена.
— Спасибо, Алекс. Передавай от меня привет своему отцу. — Дивайн поднесла стакан к губам, сделала большой глоток напитка, и, спотыкаясь, побрела домой.
— Конечно, — пробормотала Алекс, наблюдая, как исчезает ее кофе. Медленно поворачивая голову, она осмотрела здания, которые окружали ее. Некоторые, покрытые граффити, были более неухоженными, чем другие, которые содержались в чистоте и порядке. Бандитские лозунги и расистские оскорбления незамедлительно смывались с их стен всякий раз, как только появлялись.
В их округе существовало ядро достойных, трудолюбивых людей, которые вели нескончаемое сражение, чтобы сохранить свои дома и бизнес от упадка. Обновление города шло повсеместно, но совершенно не затрагивало ни одного уголка их маленького района. Но это было только вопросом времени. Большой гараж в конце улицы был в лучшем состоянии, чем большинство зданий. Определив, что на данный момент все вроде было нормально, девушка зашагала вперед, к своей цели.
Это был единственный мир, который Алекс когда-либо знала. Она улыбнулась, ступив на дорожку перед домом, не обращая внимания на трещины и щели, расколовшие её. Здание с мощным фасадом из красного поблекшего кирпича перед ней, в чьём-то понимании, возможно, и не было домом, но для неё это был дом. Она выросла в большой квартире над гаражом.
Стараясь действовать как можно тише, Алекс повернула ручку на двери и легко открыла ее. Она была не заперта. Ее отец всегда вставал рано и отпирал для нее дверь. Улыбаясь, она проскользнула через приоткрытую дверь, держась спиной к стене. Ее ноги, обутые в сапожки, беззвучно ступали по бетонному полу. Солнце только начинало свой путь над городом, когда дверь, бесшумно скользнув, закрылась за ней.
— Сколько же времени тебе понадобилось, чтобы добраться сюда? — Хрипловатый голос шел снизу, от пола. Она увидела ноги отца, торчащие из-под Мустанга старинной модели.
Алекс покачала головой и, надув щёки, испустила громкий вздох, широкими шагами пересекая комнату и выкладывая стакан кофе и пакет с булочками на длинный верстак для инструментов.
— Что выдало меня? — Ещё ни разу она не сумела подкрасться к отцу, как ни старалась. Никто этого не мог.
Он выбрался из-под машины и встал, медленно разгибая свое крупное, гибкое тело.
— Кофе.
Алекс усмехнулась. Ее отец был скуп на слова.
— О! — притворно удивилась она. — Ты хочешь кофе?
Отец проследовал к ней, его походка была стремительной и свободной. Протянув руку, он ухватил бумажный стакан и наклонился, чтобы потереться носом о макушку ее головы привычной нежной лаской.
— Негодный ребёнок.
Алекс рассмеялась, глядя, как он поддел крышку и одним глотком выпил сразу половину стакана. Её отец любил кофе. А она была дочерью своего отца. Насыщенный аромат заставил её тяжело вздохнуть.
Джеймс Райли опустил стакан и облизал губы.
— Кому ты отдала свой? — Он знал ее слишком хорошо.
— Дивайн. Она так выглядела, ей это было нужнее, чем мне. Она просила передать тебе привет.
Алекс зябко потерла ладонями по своим рукам: ее трикотажная рубашка с начёсом давала мало тепла, и озноб пронизывал её спину.
— Она говорит, что что-то странное и дрянное происходит по ночам, и к тому же какие-то подозрительные типы шныряют по окрестностям района.
Отец медленно поставил стакан обратно на верстак, его золотисто-карие глаза загорелись каким-то внутренним огнем.
— Она сказала кто?
— Нет. Я не думаю, что она знает. Ты же знаешь Дивайн. Ей всюду мерещатся вампиры, демоны и оборотни.
Алекс колебалась, раздумывая: следует ли ей рассказать отцу о своих странных ощущениях за последние несколько дней. И тотчас же решила, что не стоит. Он и так слишком сильно опекал ее, защищая от всего. Ей пришлось бороться с ним на протяжении года, прежде чем он согласился позволить ей переехать в свое собственное жилище чуть ниже по дороге. И даже теперь он неохотно мирился с этим. Ей было двадцать два года, с ума сойти. Алекс не хотела жить с отцом, независимо от того, насколько сильно она его любила.
— Что случилось? — Как всегда, он почувствовал ее беспокойство и тут же отреагировал, готовый справиться с любой проблемой, тревожившей ее. Он всегда был таким, ещё с тех пор, как она была ребенком.
Некоторые дети в их районе возможно и были лишены заботы или подвергались жестокому обращению, но только не Алекс. Ее самые ранние воспоминания были связаны с отцом, заботящимся о ней, любящим ее. У нее даже было домашнее обучение, она училась читать и писать в этой самой комнате. Были поездки в Институт изобразительного искусства в Чикаго, в библиотеку Гарольда Вашингтона и в зоопарк в Парке Линкольна. Он водил ее в театр – слушать оперу и блюз. И с тех пор, как поблизости появилось бейсбольное поле, они провели на трибунах многие дни, подбадривая «Чикаго Уайт Сокс»1.
По мере того, как она росла, он стал учить ее как ремонтировать автомобили и как выживать. Она знала, как защищаться, как управляться с ножом и как стрелять из огнестрельного оружия. Их было двое против всего мира.
А теперь отец ждет ответа. Он будет ждать весь день, если надо. Он был в высшей степени терпелив. Не говоря уж об упрямстве. Она знала, потому что была точно такой же. Алекс пожала плечами.
— Ничего.
Его глаза сузились, а губы сжались в тонкую линию. Она вздохнула и покачала головой. Алекс была взрослой женщиной, но ей до сих пор не удавалось ничего скрыть от своего отца.
— Ладно, это просто ощущение.
— Что за ощущение? — Он взял свой кофе и передал дочери, когда ее снова пробрала дрожь.
С благодарностью взяв его, девушка отхлебнула горячий напиток, нуждаясь в тепле, также как и в кофеине.
— Просто беспокойство. — Мгновение она колебалась, но, в конце концов, сказала ему правду. — Сегодня утром я почувствовала, что кто-то наблюдет за мной.
— В течение ближайших недель ты будешь возвращаться домой в моем сопровождении. — Это было утверждение, а не предложение.
Как бы Алекс не любила свою маленькую квартирку и свое уединение, глупой она не была. Дурное предчувствие вкупе с сознанием, что кто-то наблюдал за ней сегодня утром, действительно наводило на неё жуть. Если это были незнакомцы, скрывающиеся по окрестностям, как сказала Дивайн, то, возможно, ей не повредит на некоторое время остаться с отцом. Бандитские бесчинства нечасто захлёстывали их район, но временами это случалось.
— Хорошо, я останусь на сегодняшнюю ночь. До тех пор, пока все снова не успокоится.
Если она не будет осторожней, отец может перевезти ее обратно навсегда. Алекс горячо любила его, но ей всё же было нужно своё собственное пространство, а он имел склонность к излишней опеке.
Взяв пустой стакан из ее рук, он бросил его в мусорное ведро и обхватил ее своими сильными руками. Алекс прижалась к нему, вдыхая знакомый запах машинного масла и сандалового мыла. Этот запах был для нее запахом дома. Его губы слегка коснулись ее волос.
— Я никому не позволю причинить тебе боль.
— Я знаю, — прошептала она. Она и вправду знала это. Ее отец защищал бы ее ценой собственной жизни.
— Я уверена, что ничего страшного нет.
— Возможно. — Он отпустил ее и отступил назад. — Но я не хочу рисковать. Я чувствовал себя немного тревожно последние несколько дней. После работы мы вместе с тобой сходим в твою квартиру, чтобы ты могла забрать кое-какие вещи.
Если ее отец начинал нервничать, следовало обратить на это внимание, даже если это подразумевало ограничение ее независимости на какое-то время. Джеймс Райли обладал сверхъестественной для человека способностью – способностью читать вибрации города, зная заранее, когда было готово прорваться насилие. Нелегальные наркотики и алкоголь часто смешивались с гневом и безысходностью, и, временами, это сочетание становилось смертельно опасным.
Ее отец мотнул головой в сторону задней комнаты.
— Если хочешь, – там, сзади, у меня есть небольшой пакет кофе.
— Ещё бы! Ты – мой спаситель. — Алекс облизала губы. Привкус, который она ощутила, заставил ее желать большего. Она посмотрела, как ее отец открыл коричневый бумажный пакет и достал сдобные булочки, принесённые ею.
— Я бы лучше начала с кофе. Те несколько глотков не удовлетворят надолго ни одного из нас.
Чувствуя спиной его внимательный взгляд, она поспешила в офисную комнату и взяла пустой графин. Войдя в маленькую ванную, девушка сунула его под кран и, ожидая пока он наполнится, позволила своим мыслям отвлечься.
Алекс все еще не приблизилась к пониманию того, почему она так сильно нервничала. Волосы на затылке, казалось, постоянно стояли дыбом, временами она покрывалась гусиной кожей, а по телу пробегали мурашки.
Прежде она никогда не чувствовала себя так, как в последние несколько недель. Изменения были столь постепенны, что поначалу она не обратила на них внимания. Это было так, будто все ее чувства обострились. Кожа стала слишком чувствительной и по ночам зудела, – не так сильно, чтобы чесаться, но вполне достаточно, чтобы заставить ее ёрзать в постели.
Но хуже всего было странное томление.
Когда она лежала ночью в своей односпальной кровати, между ее бедрами начиналось теплое покалывание, сначала чуть большее, чем лёгкий трепет. Постепенно покалывание становилось глубже, переходя в пульсирующую вибрацию, которая заставляла ее извиваться на простынях и делала ее кожу неспособной выносить даже легкого прикосновения ткани.
Неукротимое желание стремительно росло в ней, казалось, ее кожа горит. Подобно живому существу, жар скользил по животу, одновременно поднимаясь по ребрам, пока не охватывал ее грудь. Ее соски сморщивались и болезненно напрягались. Единственным способом облегчить муку были её прикосновения к себе.
Только на самом деле это никогда не помогало, наоборот, – это ещё больше усиливало жар и ее нужду. После тех первых нескольких раз Алекс научилась, крепко вцепившись в простыни, преодолевать мучительные желания, которые разрывали ее. К концу этих ночей она была мокрой от пота и полностью изнурена.
И сейчас знакомое тепло нахлынуло на нее. Ее соски напряглись, прижимаясь к ткани дешевого хлопкового лифчика. Мышцы внизу живота сократились и ее трусики стали влажными. Алекс отдернула руку, так как вода пролилась мимо графина. Ругаясь, она вытащила его и закрутила кран, остановив поток воды.
Вылив лишнюю воду, девушка шагнула обратно в офис. Когда она наливала воду в кофейник, графин ударился о горелку, заставив её поморщиться от громкого звука. Черт, ей ещё повезло, что графин не разбился. Взяв маленький пакетик с кофе, она открыла его. В воздухе распространился насыщенный аромат, и Алекс глубоко вздохнула, вдыхая его. Она нашла ложку и загрузила молотый кофе в фильтр. Постукивая по машине пальцами, она молила, чтобы та работала побыстрее.
Отойдя обратно к дверному проему, отделяющему гараж от офиса, Алекс прислонилась к косяку и стала рассматривать своего отца. Его рост был где-то около шести футов двух дюймов. Этим она пошла в него. Пять футов и десять дюймов – для женщины она была высокой. И своё сильное, гибкое телосложение Алекс тоже унаследовала от отца. На вид его сила была обманчивой. Многие более крупные мужчины делали ошибку, вызывая его на драку, предполагая, что он будет легкой добычей. Их заблуждение быстро рассеивалось.
У них с отцом ещё и цвет волос был почти одинаковый, каштановый, но с разным оттенком, колеблющимся от цвета янтаря до красного дерева. Волосы ее отца, посеребренные на висках, доставали до плеч и сзади были перехвачены ремешком, делая его внешность ещё более агрессивной. Алекс коротко стриглась сзади и по бокам, и только на макушке волосы были более длинными. Так легче было за ними ухаживать. Она не принадлежала к тому типу женщин, что тратят деньги на дорогую косметику или постоянно прихорашиваются перед зеркалом. Определённо, стиль «девочка-умылась-и-пошла», подходил ей в совершенстве.
А вот глаза у них были совсем разные. Глаза ее отца были пронзительного золотисто-коричневого цвета, в то время как ее глаза были светлыми, серебристо-серыми. Взгляд Джеймса Райли всегда был изучающим, всегда осведомленным о своем окружении, но когда он останавливался на тебе, казалось, что он видит тебя насквозь.
Примерно в тысячный раз, Алекс задалась вопросом: почему он никогда не был женат. Черт возьми, у него даже подруги постоянной не было. Она не была наивной. Она знала, что в некоторые из ночей он крадучись уходил, чтобы насладиться женским обществом, но никогда не приводил никого из них домой. Разве отец всегда был одинок?
Ее мать была проституткой, которая пыталась начать честный образ жизни и забеременела. Когда Джеймс Райли обнаружил, что станет отцом, он привез ее к себе домой и присматривал за ней, пока она не родила ребенка. Она сбежала через два дня после рождения Алекс, не в состоянии справиться с материнством. Алекс никогда не встречала эту женщину, не знала, была ли та еще жива и, если честно, – ей было все равно. Наличие ребенка, которого нужно было воспитывать, конечно же, не могло помочь ее отцу найти женщину. Тем не менее, он ни разу не дал ей почувствовать, что могло быть как-то по-другому.
Подняв руку, Алекс потерла ею грудину. Возможно, всё дело было в одиночестве, которое она ощущала по ночам, лежа в своей кровати. Только одному Богу было известно, что в то время, когда она росла, она чувствовала, что с ней что-то не так. В то время как другие девочки ее возраста сходили с ума по мальчикам, все, что было нужно ей – это возиться в гараже со своим отцом. Она просто не интересовалась этим. Алекс целовалась несколько раз, даже бурно обнималась в подростковом возрасте, но никогда не занималась с парнем сексом. Это просто не казалось ей стоящим усилий. Однако теперь она начинала сомневаться в этом.
— Ты не хочешь принести мне чашку кофе? — Голос отца выдернул ее из ее мыслей. Что с ней случилось? Она никогда не была такой рассеянной, по крайней мере, не перед своим отцом. Он был слишком проницательным и приноровился к ее настроениям.
Сдернув с полки над кофеваркой две больших черных керамических кружки, Алекс наполнила их насыщенным, крепким кофе. Черный – для отца, с двумя кусочками сахара для себя. Вытерев влажные ладони о свои джинсы, девушка глубоко вздохнула и подняла кружки. Надо взять себя в руки. Пора было браться за работу.
Алекс любила гараж. Любила работать бок о бок со своим отцом, ремонтируя транспортные средства самых разных типов: грузовики, легковые автомобили и более популярные, и, конечно, более доступные мотоциклы. Автомобили значительно изменились за эти годы, но ее отец мог отремонтировать их все. Этот человек был кудесником, когда речь шла о ретро-автомобилях, и приобрел репутацию среди коллекционеров. С тех пор, как ее отец не мог больше уезжать из Чикаго, богатые клиенты прибывали со всей страны, чтобы получить у него оценку эксперта. Многие привозили с собой собственные группы по обеспечению безопасности для защиты своих дорогостоящих машин.
Алекс однажды спросила своего отца, почему они не переехали куда-нибудь в другое место. Не то чтобы было что-то плохого в Чикаго, – она любила атмосферу этого города, его уникальное этническое наследие, что делало его таким интересным. Но Алекс всегда интересовало, каково это – жить в тихой сельской местности, где не было бы постоянного шума толпы. Город никогда не спит. Движение транспорта и людей оживляли улицы все двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.
У них было достаточно денег, потому что профессиональные навыки ее отца были не из дешевых. «Потому что здесь безопаснее», – был его тихий ответ. Для неё в этом ответе не было смысла, так как место, где они жили, многие, вероятно, сочли бы опасной зоной; но его взгляд при этом был таким мрачным и грустным, что она никогда бы не подняла эту тему снова. Но она сделала зарубку в своей памяти по этому поводу.
Он передал ей все свои навыки механика, и девушка быстро приобрела свою собственную репутацию. Алекс легко могла бы перебраться в другое место и открыть свой собственный бизнес по ремонту транспортных средств, но вместо этого просто поселилась чуть выше по дороге, продолжая работать с отцом. Она не хотела уходить от него. Отец был единственной семьей, которая у нее была. Чикаго мог временами лишить сна членов городского совета и полицию, но это был её дом.
— Что у нас сегодня на очереди? — Она вручила отцу его кофе и, отхлебнув из своей кружки, потянулась к сдобной булочке.
— Немного. Мустанг. — Он показал жестом на автомобиль, под которым находился, когда она пришла. — Есть два Дукатиса, которые нам нужно проверить. Я купил их у одного парня, и вчера вечером он их доставил. Только проверь заказы на выполнение работ.
Мотоциклы были специализацией Алекс. Она любила скорость и свободу, которую они дарили. Ее глаза загорелись, когда она увидела двух красавцев в дальнем углу, которые дожидались, чтобы очаровать её.
— Прелесть! — Она рассчитывала убедить отца дать ей заняться одной из этих прекрасных машин.
— Александра.
Девушка замерла. Отец редко обращался к ней полным именем, всегда называя ее кратко: Алекс. Когда он так делал, обычно это подразумевало какую-нибудь неприятность.
— Да. — Она старалась не ёжиться под его проницательным взглядом.
— Нам нужно поговорить. Вечером. — Отец отвёл взгляд и потер рукой свое лицо. Алекс заметила, что ему нужно побриться. Приглядевшись, девушка поняла, что вид у него очень усталый.
Теперь она действительно начала волноваться.
— Что случилось? — Алекс прижалась к его груди, желая утешить. Он обхватил ее рукой за плечи, и тяжёлый вздох взъерошил волосы на ее макушке.
— Есть некоторые вещи, о которых я должен рассказать тебе. То, что тебе нужно знать о твоей наследственности. — В его голосе звучали мрачные нотки, которых прежде она никогда не слышала. Ее отец был для нее незыблемой скалой, фундаментом, но она могла сказать, что это было нечто, что вселяло в него тревогу.
— Это о ней? — Алекс знала: он поймёт, что она имела в виду свою биологическую мать. Она никогда не называла эту женщину по имени, хотя знала его.
— Нет, это не о Шарлин. Это про меня. — Он отступил на шаг и обхватил ее лицо ладонями. — Просто помни, что я люблю тебя. — Отец наклонился и нежно поцеловал ее в лоб. — Я всегда действовал в твоих лучших интересах, когда принимал какое-либо решение.
Прошлые тревоги тут же отошли на второй план, уступив место более сильному и глубокому беспокойству.
— Ничего, всё нормально, что бы это ни было. — Необходимость успокоить отца, перевесила все остальное, даже ее страхи.
— Я надеюсь, что ты сможешь говорить то же самое после того, как услышишь то, что мне придется сказать. — Он опустил руки и отступил назад. — Сегодня вечером. Я объясню все сегодня вечером. Кстати, без меня в гараже не оставайся. Обещай мне.
Алекс чувствовала напряжённое состояние, охватившее отца. Ее собственное тело словно сжалось. Застыло.
— Я обещаю. — Она не могла ничего сделать с ощущением, что в ее мире могут измениться какие-то основные принципы, и он уже никогда не станет прежним. По ее спине снова пробежала дрожь и она обхватила себя руками, желая, чтобы под её трикотажной рубашкой было бы надето что-нибудь ещё.
Его лицо смягчилось на мгновение.
— Все будет в порядке, Алекс.
— Я знаю. — В данный момент девушка вообще ничего не знала, но отчаянно пыталась действовать, как если бы все было нормально. Это было необходимо, если она собиралась чем-то заниматься сегодня. Было бесполезно требовать от него рассказать ей все сейчас. Раз он сказал сегодня вечером – значит, сегодня вечером.
Работа. Алекс сосредоточилась на работе. Она управлялась с инструментами и работала с автомобилями с тех пор, как научилась ходить. Девушка могла забыть о себе, вслушиваясь в прекрасное звучание точно отлаженного двигателя.
Дверь сзади них распахнулась и с громким стуком ударилась о стену. Алекс обернулась и оказалась лицом к лицу с незнакомцем. Сказать, что он огромен, было бы слишком сдержанно. Лохматые черные волосы обрамляли грубо очерченное лицо, будто составленное из острых углов и чётких граней. Его губы сузились, в то время как пронизывающие темные глаза изучали ее тело с головы до ног. Опасность истекала из каждой поры его кожи. Алекс застыла на месте.
Ее отец быстро прыгнул, загородив её собой, низкое рычание исходило у него изнутри. Напряжение нарастало, заполняя все уголки помещения. Незнакомец отвел от нее свой пристальный взгляд и сосредоточился на ее отце, но почему-то Алекс знала, что он по-прежнему не упускает её из виду.
Губы мужчины раздвинулись, придавая ему удивительную чувственность, несмотря на суровую внешность.
— Они идут за ней.

Сноска
1.«Чикаго Уайт Сокс» («Чикагские белые носки») Бейсбольная команда из г. Чикаго, шт. Иллинойс, входящая в Западное отделение [Western division] Американской бейсбольной лиги.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:21 #3

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 2


Сердце Джошуа Страйкера колотилось, хотя внешне ничто не указывало на его возбуждение или волнение. Он нашел ее. Это было нелегко, но он сумел опередить на один шаг две стаи кочующих волков, разыскивающих ее. Она была сокровищем, и все они хотели ее.
Сейчас он едва мог видеть ее, блокированный массивным телом ее отца. Но одного быстрого взгляда на нее было более чем достаточно, чтобы зажечь огонь в его крови. Он почти ощущал под собой ее длинное, стройное тело, отвечающее ему, когда он пронзал бы её, сильно и глубоко. Он хотел трахать её, пока она не закричит от удовольствия, пока они оба не взмокнут от пота и не выдохнутся. А потом он делал бы это снова и снова.
Его член увеличился в предвкушении, туго натянув молнию на его джинсах. Мелкие капли пота заблестели на его коже, вызванные неодолимым желанием. Кожа головы горела, мышцы напряглись. Он тряхнул головой, чтобы рассеять туман вожделения, охвативший его. Сейчас определённо не время для этого. Его задачей было защищать ее, а не претендовать на нее.
Мужчина перед ним снова издал низкое рычание. Джеймс ЛеВо, или скорее, Джеймс Райли, как он называл себя сейчас, исчез из стаи вервольфов Волчьей Бухты в Северной Каролине, почти пятьдесят лет тому назад. В то время он был альфой стаи, самым опасным и быстрым из них. После того, как его любимая жена, Лида, умерла при родах, он просто исчез.
Много слухов было за эти годы. Самым интригующим был тот, что у него родился ребенок от человека, дочь. Теперь все уже знали, что слух оказался верен и она – будущая подруга для одного из многих одиноких волков.
Последние сто лет не были благоприятны для оборотней, и их количество сокращалось с тревожащей скоростью. В последние три десятилетия стало еще хуже. Детей было немного, также как и женщин детородного возраста.
Собственно, Джошуа полагал, что по большей части это имеет отношение к соперничеству между стаями, но всё равно: реальностью оставалось то, что для сохранения их рода они нуждались в детях. Тот факт, что она была дочерью одного из самых сильных, самых уважаемых вервольфов в стране, был бонусом. Чьей бы подругой она ни стала, он сразу же повысил бы свой статус и вес в обществе.
— Я прибыл из Волчьей Бухты. Меня послал Ян.
Это привело старшего мужчину в замешательство, но он не отступил и не ослабил свою позицию.
— Кто ты?
— Страйкер. — Джеймс моргнул, но ничто не выдало того, о чём он думает. Джошуа восхитился самообладанием этого человека.
— В последний раз я слышал о Мигеле Страйкере из стаи Волчьей Бухты.
— Он был моим отцом. — Мысли об отце всё ещё причиняли Джошуа сильную душевную боль. Крупный мужчина казался непобедимым его сыновьям, но смерть все равно его забрала.
— Был? — Полная неподвижность этого мужчины подтверждала Джошуа, что тот в любую секунду готов прийти в действие и начать бой.
— Потребовалось четверо предателей-волков и несколько человек, чтобы справиться с ним. — Ему хотелось откинуть свою голову назад и завыть со скорбью, которая стала его постоянной спутницей. Вместо этого Джошуа сглотнул, не желая показывать, что эмоции могут взять над ним верх. — Он искал вас.
— Ты – молод, Джошуа. — Глаза Джеймса сузились, в то время как он окидывал взглядом молодого мужчину.
— Я был. Сейчас я – Страйкер из стаи Волчьей Бухты. — Страйкер (Нападающий) было больше, чем просто его фамилией, это было обязанностью его семьи внутри стаи. Как глава семьи, Страйкер был ответственен за обеспечение безопасности, защиту альфа-пары и за стаю в целом. Эта обязанность выпала ему, и он не мог потерпеть неудачу, чего бы это ни стоило.
— Мне очень жаль услышать о твоем отце. Он был лучшим из нас.
Джошуа не мог ошибиться, голос Джеймса был искренним и печальным.
— Я скучал по нему.
— Почему же вы никогда не связывались с ним? — Резкий вопрос слетел с его губ прежде, чем он смог его удержать. Джошуа рассердился на себя за то, что показал свое волнение. Это была слабость, которую он не мог себе позволить.
— Это было небезопасно. Слишком многое я мог бы потерять, — покачал головой Джеймс. — В те дни они не согласились бы принять моего ребенка. Она не была чистокровной. — Он горько рассмеялся. — Но за прошедшие пару десятилетий времена изменились, не так ли? Тогда они могли бы убить ее, сейчас они хотят претендовать на нее. — Его черты ожесточились, обнаруживая альфа-воина. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы защитить свою дочь.
— Папа?
Ее низкий, мелодичный голос захлестнул Джошуа подобно физической ласке, ему стало трудно дышать.
— В чём дело? Кто этот парень?
Он услышал сомнение, вопросительно прозвучавшее в ее голосе, когда она вышла из-за спины отца.
Джеймс протянул руку и обнял ее за плечи, увлекая под прикрытие своей руки.
— Это часть того, о чем мне нужно было поговорить с тобой. — Его пристальный взгляд не отрывался от лица Джошуа.
— Запри дверь и поднимись наверх. Нам надо поговорить.
Джошуа отвернулся от пары, нарочно оставляя спину открытой. Не спеша, набросил все шесть задвижек на дверь. Сделав это, он повернулся к ним лицом и вопросительно поднял брови. Джеймс указал на дверь в дальнем конце гаража.
Он прошел мимо них, стараясь не смотреть на девушку. Он не знал ее имени, но знал, что хочет ее. Что-то, связанное с ней, проникло глубоко внутрь него, требуя, чтобы он заявил свои права на обладание ею. Своим сверхъестественным обонянием он уловил слабое дуновение ее запаха и чуть не застонал. Она была близка к вступлению в период спаривания, но всё же ещё не вполне готова. В данный момент это был лишь очень слабый дразнящий аромат, вскруживший ему голову и пославший в кровь волну вожделения. Его перекрывал чистый запах женщины, ее собственный личный аромат. Он был свеж, подобно диким горным цветам после летнего дождя.
Очевидно, он сошёл с ума, впав в поэтическое настроение, в то время как у него за спиной обозленный альфа и куча опасностей, окружающих их всех. Если он не сконцентрирует свои мысли на деле, он не сумеет прожить достаточно долго, чтобы иметь возможность претендовать на свою женщину.
И она – его. Она просто еще не знает об этом.

Алекс едва могла дышать, пока поднималась по лестнице вместе с отцом. Что происходит? Кто этот мужчина? И какое, черт возьми, отношение он имеет к ее отцу? Она не поняла и половины из того, что они говорили друг другу, за исключением того, что ее отец, так или иначе, знал этого мужчину. Он видимо, был частью того большого секрета, которой отец собирался открыть ей сегодняшним вечером. Теперь, когда пришло время всё выяснить, она не была уверена, что ей хочется знать.
Сделав глубокий вдох, она остановила взгляд на незнакомце. Джошуа Страйкер, – назвался он, когда поднимался по лестнице перед ними. Алекс очень хорошо понимала, почему сильная отцовская рука обернулась вокруг нее, защищая. Он был крайне напряжен, и ощущение какого-то предчувствия, первобытного возбуждения пропитало воздух. Это было то самое наэлектризованное ощущение, которое обычно является предвестником насилия.
Джошуа шагнул на площадку на вершине лестницы.
— Налево, — сказал ему отец. Джошуа даже не приостановился, продолжая идти. Дойдя до двери, он повернул ручку и вошел внутрь.
Они последовали за ним, затем ее отец остановился и долго запирал засовы на двери. Вся эта секретность в высшей степени нервировала её. Как будто чувствуя ее растущее возбуждение, отец быстро и крепко обнял ее и, тут же отпустив, направился к большому книжному шкафу, который занимал одну из четырех стен в гостиной. Нажав скрытый затвор на его боку, он подождал, пока раздался мягкий щелчок, а затем потянул книжный шкаф вперед. Шкаф легко скользнул в сторону, открывая в секретной каморке позади него небольшой тайник с оружием.
— Алекс. — Он жестом подозвал её к себе, и она поспешила к нему, хорошо осознавая, что Джошуа наблюдает за каждым их шагом. Тот факт, что отец хотел ее вооружить, пугал ее до глубины души.
— Впечатляюще.
Джошуа действительно выглядел впечатленным, подумала она, когда схватила два ножа и засунула по одному в каждый из своих сапожек. Удовлетворенная, она потянулась к пистолету, которым постоянно пользовалась для стрельбы по мишеням, но отец остановил ее руку.
— Нет. — Он открыл маленький металлический ящичек на одной из полок, залез внутрь и вытащил полуавтоматический пистолет девятимиллиметрового калибра. Нажав на обойму, он проверил патроны, с громким щелчком задвинул её и вручил пистолет Алекс.
— Обычные пули бесполезны. Тебе потребуются эти.
Она машинально прицепила кобуру себе на пояс, сначала проверив оружие. Патроны выглядели необычно.
– Я не понимаю.
Беспокойство проступило на лице отца, и он грустно улыбнулся.
— Я знаю, милая, — он пристегивал к поясу нож, продолжая говорить. — Эти пули содержат серебро. То, против чего мы боремся – не люди.
Во рту сразу пересохло, и она взглянула на Джошуа, который стоял и молча наблюдал за происходящим.
— Ты же не серьезно? — Ее отец вел себя так же странно, как и Дивайн сегодня утром. — Ведь нет же никаких вампиров, демонов и оборотней. Они – всего лишь миф.
— Да, есть. — Он спрятал по ножу в каждый свой сапог. — Мы имеем дело с оборотнями. Существует несколько способов убить оборотня – сломать ему шею, вырезать сердце, обезглавить его или отравить серебром. Обычные пули лишь замедлят его на некоторое время, но по большому счёту не причинят вреда. Вот почему пули и лезвия ножей покрыты серебром.
О, Боже! Ее отец сошел с ума. Не было никакого другого объяснения. Весь прошедший год Дивайн говорила об этих существах всё чаще и чаще, дошла даже до того, что утверждала, будто как-то ночью видела вампира, притаившегося в тени. Оборотни, заявляла Дивайн, в основном держатся в больших лесах за пределами города, кочуя бесконтрольно и свободно. Общество предоставило им обширное место или же они заплатили высокую цену, поскольку волки были известны своим недружелюбием к представителям чужого вида.
— Папа? — Алекс даже не знала, с чего начать. Она спрашивала себя: уж не следует ли вызвать скорую помощь? Может, ее отца хватил удар или еще что-нибудь? Хотя он выглядел здоровым и живым, как всегда.
Джеймс покачал головой.
— Я не сумасшедший, Алекс. Оборотни реальны.
Стая Волчьей Бухты. Она перевела взгляд на мужчину, терпеливо ожидающего на другой стороне комнаты. Означает ли это, будто отец считает, что тот является оборотнем? Алекс напряжённо сглотнула, пытаясь понять ситуацию. Что он хотел от отца и от нее?
Отец отступил на шаг и толкнул книжный шкаф обратно к стене, где тот зафиксировался с мягким щелчком. В целом, ситуация была ирреальная. Алекс поднялась с постели час тому назад, ее жизнь была предсказуемой и обычной, и она ею наслаждалась. Это было безопасно. Теперь этот мир исчез в течение нескольких минут.
Взгляд Джошуа переходил туда и обратно – от нее к отцу. Когда он взглянул в сторону отца, Алекс увидела в нем настороженность, но когда взгляд упал на нее – он был наполнен чем-то совершенно иным.
Вожделение. Чистейшее, неподдельное вожделение.
Алекс раньше не доводилось видеть, как выглядят такие глаза мужчины. По крайней мере, не обращённые на неё. Хуже всего было то, что это не вызывало у нее отвращения и не пугало, хотя должно было бы. Ради всего святого, он был оборотнем. Или, по крайней мере, думал, что был. Она не была полностью убеждена, было ли что-нибудь в этом, но это безумие сбивало с толку.
Девушка почувствовала странное томление, растущее глубоко внутри нее, которое она не вполне понимала. Желание наполнило ее тело, сконцентрировавшись между бедрами. Ей страстно хотелось подойти к этому незнакомцу, соприкоснуться грудями с его мускулистой грудью и потереться своей киской о твердую выпуклость в передней части его джинсов.
Господи, да что с ней такое?
— Алекс. — Острая боль в голосе отца испугала ее, и она перевела взгляд на него. Он наблюдал за ней с непонятным выражением на лице. Это была смесь печали, решимости и обречённости.
— Что происходит?
Достаточно, хватит. Пора добраться до сути происходящего. Она должна понять, в чём дело. Несомненно, это не могло быть настолько плохо, как она себе навоображала.
— Присядь.
Алекс подумала возразить, но опустилась на стул, обитый фиолетовым бархатом, который стоял рядом с диваном. Это был ее стул, ещё с тех пор, как она была ребенком. Она нуждалась в дружеском отношении и поддержке, которые он ей предлагал. Отец опустился перед ней на корточки. Алекс отметила, что при этом он убедился в отсутствии за спиной другого мужчины.
— Расскажи мне, — сказала она, когда он заколебался.
— Когда-то давно я был женат. — Его голос смягчился, когда он погрузился в воспоминания. Алекс была в шоке. Она впервые услышала об этом.
— Она умерла во время родов. Я потерял и ее, и ребенка одновременно. Это было больше, чем я мог вынести, так что я оставил прежнюю жизнь позади и начал новую.
— Мне очень жаль. — Алекс потянулась и погладила отца по лицу, желая утешить его. Его горе было таким живым, пульсирующим, всё ещё свежим, даже после всех этих лет. Алекс подумала, как же сильно нужно любить человека, как глубоко, что это всё ещё причиняло такую боль, даже спустя столь долгое время.
Отец обхватил пальцами ее ладонь и прижал к своей груди. Она чувствовала ровный стук его сердца.
— Когда я узнал, что Шарлин забеременела, я был вне себя от радости, но и напуган до смерти. — Казалось, его глаза светятся как чистое расплавленное золото, так пристально он смотрел на нее. — Я не мог потерять тебя.
— Ты этого и не сделал. — Она не ставила под сомнение необходимость успокоить его. Впервые в своей жизни, она, наконец, поняла, почему он так ее защищает.
— Нет. Я этого не сделал. — Он вздохнул. — Но это означало, что я никогда не смогу вернуться к своей прежней жизни. Те люди не смогли бы принять тебя. Они, возможно, даже попытались бы причинить тебе боль. Я не мог позволить, чтобы это произошло.
Теперь они добрались сюда.
— Ты упомянул об этом, там, внизу. Я не понимаю, что ты имеешь в виду. Ты знаешь этих людей, этих оборотней, так что ли? — Алекс не могла поверить, что она фактически купилась на такую вещь, как оборотень, но ее отец был чрезвычайно серьезен.
— Да. — Он на мгновение прикрыл глаза, а когда снова открыл их, печаль ушла, осталась только решимость. — Я – один из них.
Алекс дернулась назад, ударившись о спинку сиденья. Она не могла поверить тому, что услышала.
— Ты, — девушка замолчала, не в силах продолжать. Проведя влажными ладонями по своим джинсам, она сделала глубокий вдох и попыталась снова. — Ты… – оборотень?
То, что это подразумевало, было ошеломляющим. Если то, что говорит ее отец – правда, то вся ее жизнь была ложью.
— Да, я оборотень. — Он сделал паузу, а затем взял ее руки в свои, игнорируя ее попытки вырваться. — И ты тоже. Правда, не чистокровный оборотень, а только наполовину.
— Что это значит? — Ее голос был чуть громче, чем шепот, хотя внутри у неё всё кричало. Получалось, будто она и не знала себя вовсе. Кто же она?
— Это означает, что вскоре ты достигнешь зрелости. Мы созреваем позже, чем люди, потому что мы живем гораздо дольше.
— На сколько дольше и что ты подразумеваешь под «достижением зрелости»? — Она очень боялась, что последнее имеет отношение к тем незнакомым ощущениям, которые появились у нее недавно. Последние ночи она провела, терзаясь в своей кровати, когда странное томление поглощало ее.
— Продолжительность нашей жизни примерно пятьсот лет или около того. Мне сто шестьдесят лет.
У Алекс зашумело в голове. Невозможно. Он выглядел не старше сорока. Ее отец напрягся и повернулся, заслоняя её собой, когда Джошуа шагнул ближе.
— Он говорит правду, Алекс. — Звук доносился так, как будто Джошуа говорил издалека. Она потрясла головой, пытаясь прояснить ее, но это только вызвало головокружение.
— Ты – больше оборотень, чем человек. Я чувствую это. Ты пройдешь изменение после того, как спаришься.
— Довольно. Отвали, Страйкер. — Голос отца, перебившего молодого мужчину, был низким и холодным. — Это – ее выбор. И я не хочу, чтобы его у нее отняли: я убью любого, кто попробует ее заставить.
Джошуа почтительно кивнул и попятился. Но Алекс чувствовала, что он просто выжидает своего времени.
— Папа? — Ей хотелось, чтобы отец сказал, что это была всего лишь плохая шутка, что ее жизнь до сих пор не была одной большой ложью. Но мрачное выражение его лица говорило о том, что это было все что угодно, только не шутка. Это было очень и очень реально.
— Изменение? Спаривание? — Она быстро моргнула, так как комната закружилась вокруг нее.
Отец выругался, и она почувствовала его руку на своем затылке, направляющую её голову вниз, к коленям.
— Дыши, Александра. Просто делай один медленный вдох за другим. Сконцентрируйся, милая.
Алекс сосредоточилась на втягивании воздуха в свои легкие, и, в конце концов, шум в ушах стих, она почувствовала себя крепче. Девушка подняла голову и встретилась с его обеспокоенным взглядом.
— Объясни мне все. Мне нужно понять.
— Впервые женщины вступают в стадию половой охоты, когда их возраст достигает начала второго десятилетия. У каждой женщины это происходит по-своему, но это всегда происходит в период двухлетнего промежутка от двадцати одного до двадцати трех лет.
Он послал тяжелый свирепый взгляд в сторону Джошуа, и молодой человек ретировался на кухню.
— С недавних пор ты чувствуешь себя беспокойно, имея, возможно первые в своей жизни сексуальные ощущения. Твое тело тоскует о чем-то, но ты не знаешь, что это.
Алекс почувствовала, как жар охватил её щеки, и поняла, что покраснела. Это определенно был не тот разговор, который ей хотелось бы вести с отцом. Тот факт, что он знал, какие чувства испытывала она за прошедшие несколько недель, совершенно смутил ее. Все, что она сумела – кивнуть один раз. Девушка не могла поднять на него глаз.
Он не мог позволить ей спрятаться от него. Большим пальцем он приподнял ее подбородок вверх, пока она не встретилась с ним взглядом.
— Здесь нечего стесняться. Это совершенно нормально. Это означает, что ты – здоровая, энергичная молодая женщина, готовая начать самостоятельную жизнь и завести семью.
— Но здесь есть что-то намного большее, чем только это. — Она не была глупа. Если бы дело было только в ее взрослении, то это не было бы таким важным.
— К сожалению, есть. — Он улыбнулся ей, но улыбка не затронула его глаз. — Выживание любого вида зависит от деторождения. Чтобы сохранить популяцию жизнеспособной, матушка-природа предусмотрела несколько дополнительных особенностей.
Она боялась спросить, но ещё больше боялась неизвестности.
— Каких особенностей?
— У тебя скоро начнётся течка. Твое тело будет жаждать мужчину. Ты будешь нуждаться в нём, ты будешь хотеть его так яростно, что это будет шокировать тебя. В это время ты будешь выбирать своего спутника. Твой запах будет привлекать к тебе одиноких оборотней на многие километры вокруг, и они будут драться, чтобы один из них стал тем, кто утвердит своё право на тебя.
— Это означает, что они могут чувствовать мой запах? — Ее голос становился громче с каждым словом, которое она произносила, пока она практически не завопила. Она пробовала сохранять спокойствие, но это было невозможно. Это было невероятно, словно в каком-то кошмаре, и Алекс хотелось проснуться.
— Они знают, что я пробудилась. В течке, как какое-то кровоточащее животное. — Она не знала, что лучше – смеяться или плакать. Он сошел с ума!
— Да. Это называется гон, и каждая женщина-оборотень испытывает это.
— Я не хочу этого, — пробормотала она, её разум был в смятении, пытаясь понять все, что ей говорили и выделить смысл.
— Я знаю, что ты не хочешь этого, Алекс. Я надеялся, что может быть, с тобой этого не случится. В нашей истории было не слишком много метисов, поэтому я честно не знал, чего можно было ожидать. Но недавно я почувствовал изменение в тебе. Почувствовал твоего волка, ждущего, чтобы объединиться с тобой.
Она тяжело сглотнула.
— Это – то, что ты подразумевал, когда сказал, что я пройду через изменение?
Он кивнул.
— Это происходит по-разному для мужчин и женщин нашего вида. Мужчины становятся волками, достигая зрелости в начале своих двадцатых годов. Для женщин – это брачный процесс, который выпускает её волка наружу, в дальнейшем позволяя ей управлять изменением.
— Это нечестно. — Алекс была возмущена. Мужчинам не приходилось переживать то, через что женщины должны были пройти, через что ей придется пройти. Вот так всегда. Казалось, не имеет значения: были то люди или сверхъестественные существа, – всегда получалось, что мужчине было легче, чем женщине.
Отец пожал плечами.
— Честно или нет, но так уж оно есть. — Он сделал паузу. — На самом деле, было бы замечательно, если бы ты позволила этому произойти и приняла как данность. Ты станешь намного могущественнее, чем можешь себе вообразить, даже когда не будешь находиться в форме волка. Твои слух и зрение станут острее, рефлексы ускорятся, мышцы станут сильнее. Ты будешь быстрее выздоравливать, если получишь какие-нибудь повреждения. — Его глаза сузились. — Даже в раннем детстве ты никогда не болела. Ты всегда была быстрой и сильной. Я не знаю, дала ли тебе это моя волчья кровь или же ты развивалась как женщина-оборотень.
Это все было бы замечательно и хорошо, когда бы ей пришло время иметь с этим дело. Прямо сейчас у них было гораздо больше поводов для беспокойства, и один из них находился в этой комнате вместе с ними.
— Но зачем здесь он? — Алекс дернула головой в направлении прохода между кухней и гостиной, где скрылся Джошуа.
— Вот это и я собираюсь выяснить. — Отец выпрямился и жестом позвал Джошуа обратно. — В чём дело?
Джошуа неспешно вернулся в комнату, его свободная походка напомнила ей отца.
— Меня послал Ян.
— Он альфа?
Джошуа кивнул.
— Он приехал сразу же после вашего отъезда.
— Я не был уверен, что он приедет, хотя я и послал за ним. Как там мой брат?
Алекс выпрямилась. У отца есть брат? У нее есть дядя? С каждой секундой ей открывалось что-то новое. Она пристально посмотрела на отца. Казалось, перед ней незнакомец, хотя она знала его всю свою жизнь. Это было не очень приятное чувство. Гнев зашевелился глубоко внутри нее, распихивая кружащийся в голове сумбур.
— У него всё хорошо, но он очень беспокоится о вас и о своей племяннице. Стая нуждается в вас обоих. Времена трудные, много борьбы среди собратьев.
Ее отец рассмеялся, но это был не особенно приятный звук. Алекс услышала отвращение в его голосе.
— Некоторые вещи, видно, никогда не изменятся. Убивать друг друга из-за мелких обид, вместо того, чтобы объединиться для общего блага. Ради выживания.
— Очень верные слова. — Джошуа слегка наклонил голову. — Но фактом остается то, что волк, который знал вас в прошлом, случайно оказался в вашем магазине немногим более недели назад, и увидел вас и вашу дочь. Он сразу же отправился обратно в стаю, чтобы сообщить Яну, но, должно быть, рассказал и кому-то еще. Слух распространился быстро, хотя он успел себя убить, до того как смог выдать больше, чем название города, в котором вы жили. К тому времени было уже слишком поздно. Большинство одиноких самцов из стаи Волчьей Бухты, а также из Голубого Гребня и Камберленда, пустились в Чикаго. Их может быть больше. Мы все искали. Разница в том, что мы хотим защитить вас и вашу дочь, тогда как другие стаи, скорее всего, убьют вас, рассчитывая захватить Алекс, и они не предоставят ей выбора в спаривании. Они будут драться за нее, и она достанется победителю.
Лицо ее отца потемнело.
— Вы все хотите завладеть ею. И это не приведёт ни к чему хорошему.
— Конечно, мы все хотим ее. Она – женщина, у которой нет пары. Она не только красива, но она к тому же и ваша дочь. Есть многие, кто хочет ее только по этой причине.
— Эй! — Гнев вскипел в ней, и она вскочила на ноги. — Я могу выразить свое мнение?
Алекс устала от них, они говорили о ней так, как будто ее здесь не было, обсуждая ее жизнь, как если бы совершали сделку.
Джошуа Страйкер повернулся к ней, его темные глаза впились в нее.
— К сожалению, нет. — Он сделал паузу и запустил пальцы в свои волосы.
Алекс с удивлением обнаружила, что ей интересно, настолько ли они мягкие, какими выглядят. Она потрясла головой, чтобы прочистить свои мысли. О чем только она думает?
— Фактически у тебя две альтернативы. Или ты идёшь со мной в Волчью Бухту, и тогда ты будешь иметь возможность выбрать любого из мужчин, у которого нет пары. Или… — он посмотрел в сторону ее отца, — …ты можешь остаться здесь и защищаться от всех тех мужчин, которые захотят претендовать на тебя, подвергая себя и своего отца опасности.
— А что если я не хочу ни с кем спариваться? — Адреналин хлынул через ее вены. Алекс захотелось проснуться и узнать, что она все еще лежит в кровати и все это только страшный сон. Но слишком уж реально всё это было.
Алекс почувствовала, как Джошуа тщательно подбирает слова, как будто он не хотел огорчать ее еще больше. Она могла бы сказать ему, что он попусту тратит время. В данный момент ее мир сместился уже так далеко от своей оси, что никогда больше не сможет вернуться назад. Что же было ещё?
— Ты вступаешь в период половой охоты, Алекс.
Впервые он назвал её по имени, и это вдруг вызвало желание, молнией пронзившее её между бёдрами. Ей пришлось сопротивляться побуждению сжать свои бедра вместе, чтобы ослабить растущую жажду. Она ощутила влагу, намочившую ее трусики, и была потрясена. Мог ли он чувствовать ее возбуждение?
Девушка заставила себя игнорировать пульсацию и обратить внимание на то, что он говорит.
— Ты не сможешь помочь себе сама. Ты спаришься. Вопрос лишь в том – кто это будет.
Алекс само это понятие показалось ужасающим.
— Это отвратительно. Я – не животное. Я не…. — Она попятилась от обоих мужчин, выставив руки перед собой, будто желая защититься от них.
— Алекс. — Отец потянулся к ней, но она покачала головой и повернулась к двери. Ей нужно выбраться отсюда. Ей нужно побыть одной, чтобы подумать и разобраться во всем, что она узнала.
Но она опоздала. Джошуа пресек ее бегство, бесшумно скользнув и загородив собой дверь. Его руки были скрещены на груди, ноги широко расставлены. Нет, её это не остановит.
— Я иду в мою старую комнату. — Алекс гордо проследовала в направлении коридора. Она всегда сможет вылезти через пожарный ход.
— Нет. — Джошуа схватил ее за руку, тепло его пальцев практически обожгло ее сквозь ткань трикотажной рубашки, когда он толкнул ее в угол гостиной. — Нет времени.
Стекло разбилось, и огромный волк запрыгнул через низкое кухонное окно с маленькой пожарной лестницы, расположенной под ним. Несколько мужчин последовали за ним. Другой звук разбитого стекла послышался снизу, из холла, и Алекс испугалась, что ещё больше их влезают через окно ее спальни.
Ее отец согнул ноги в борцовской стойке, готовясь встретить опасность.
— Хватай ее и выбирайтесь. Я задержу их.
— Нет! — крикнула Алекс. Она не оставит его. Не важно, что он лгал ей, или что ее жизнь могла на этом закончиться, – он был ее отцом. Она знала, что он любит ее и лгал, только чтобы защитить. Она лучше будет сражаться и умрет рядом с ним. Вытащив оружие, она прицелилась и выстрелила, когда напал первый волк.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:21 #4

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 3


Джошуа с благоговением наблюдал, как Алекс, прицелившись, двумя быстрыми выстрелами сразила крупного волка, попав в него ещё в воздухе, когда тот прыгнул на ее отца. Без малейших колебаний. Она определенно была альфа-женщиной, готовой бороться и защищать то, что ей принадлежало.
Волк взвизгнул и с глухим стуком ударился об пол, разинув рычащую пасть. Алекс снова выстрелила, на этот раз прямо в сердце животного. Волк затих, его истекающее кровью тело растянулось на полу, на расстоянии фута от нее.
Джошуа заставил себя отвести от неё глаза и повернулся к мужчинам, бежавшим снизу, из холла. У него не было времени для трансформации в волка, поэтому он стремительно наклонился, вырывая из ножен, скрытых в сапоге, смертоносный охотничий нож, облицованный серебром. Он метнул его в одного из нападавших, как раз когда его атаковал крупнейший из врагов.
Они грохнулись об пол. Джошуа тотчас же перекатился так, чтобы оказаться сверху, его большие руки сдавили шею мужчины. Пытаясь сбросить Джошуа, его противник рванулся, глаза мужчины выпучились, вены на шее вздулись. Подняв руки вверх, он нанёс быстрый удар Джошуа в горло, заставив того отклониться назад. Нападавший воспользовался этим и тут же перевернул их обоих на бок. В это мгновение захват Джошуа соскользнул и мужчина снова атаковал.
Теперь они оба тяжело дышали, бисеринки пота усеяли их кожу. Они сцепились, ни один из них не отступал. Джошуа повернулся в сторону и рискнул бросить быстрый взгляд на Алекс и ее отца. В это время Джеймс дрался с двумя нападавшими, а Алекс сцепилась в рукопашном бою с другим. Низкое рычание зародилось в горле Джошуа, потребность защищать ее подавляла почти все остальное. Только годы дисциплины, а также тот факт, что он знал – это особые волки, которым Алекс нужна живой, чтобы спариться с ней, удерживал его от какой-нибудь глупости, типа, ринуться на ее защиту до того, как он справится с намного большей угрозой, находящейся перед ним.
Бой, по-первобытному жестокий, продолжался: каждый из них был полон решимости вывести из строя другого. Победитель может быть только один. Для проигравшего – либо смерть, либо бегство. Джошуа никогда в жизни не отступал от драки. Он был Нападающим. Он не мог позволить себе проявить слабость. Уход в сторону поставил бы под сомнение его способности и лёг позорным пятном на наследие его семьи.
Но Джошуа сделал бы это для нее в тот же миг, если бы от этого зависело – быть ли Алекс в безопасности или подвергаться риску. От этой мысли его сердце на мгновение остановилось. А когда забилось снова – застучало с такой силой, что было удивительно, как оно не выскочило из его груди. Нельзя допустить, чтобы она так много значила для него. Это было бы непозволительной слабостью.
Отбросив прочь все мысли, он сосредоточился на своем противнике. Высокий, сильный, с короткими светлыми волосами и проницательными серыми глазами – он был грозным соперником. Это был не молодой юноша, а воин в расцвете сил.
Но Джошуа был Нападающим. Веками наследуемые обычаи и чувство собственного достоинства, слившись воедино, наполнили его изнутри, и необъяснимое спокойствие снизошло на него. Казалось, все вокруг стало более ярким, все движения преувеличенно чёткими, как в замедленной съёмке, позволяя ему контролировать окружающее и принимать решения.
Когда противник набросился на него, Джошуа поднырнул под его руку и молниеносным движением оказался позади него. Захватив своим мощным предплечьем шею мужчины, он сильно дернул.
Завершением был треск, показавшийся слишком громким. Тело в его руках обмякло, и он небрежно бросил его на пол, возвращаясь обратно в драку.
Жажда крови пульсировала в его венах, требуя удовлетворения. Тот факт, что Алекс подвергалась опасности, был для него неприемлем. Джошуа с ревом бросился к мужчине, который пытался загнать Алекс в угол. Где-то во время схватки она потеряла свой пистолет и сейчас удерживала его с помощью ножа.
Почувствовав его присутствие, молодой человек повернулся – как раз вовремя, чтобы избежать удара Джошуа в затылок. Запрокинув голову назад, противник Джошуа завыл. Остальные нападавшие бегом пересекли комнату и один за другим нырнули в разбитое окно, отступая, чтобы вернуться в следующий раз.
— С тобой все в порядке? — Джошуа схватил девушку за плечи и встряхнул, когда она не сразу ему ответила.
— Просто прекрасно! — Алекс была здорово раздосадована. — Я не могу поверить, насколько быстрыми были те ребята. Один из них выбил Глок из моей руки, прежде чем я успела его заметить.
Губы Джошуа дрогнули, когда он услышал отвращение в ее голосе. Его маленькая альфа обозлилась на себя за то, что оказалась не в состоянии удержать свое оружие. Он закусил губу, пытаясь удержаться от улыбки. Да уж, прямо сейчас она определенно не сможет оценить его юмор. Но, проклятье, – она была восхитительна и сексуальна, когда сердилась.
— Папа? — Она вырвалась из рук Джошуа и шагнула к отцу. Джеймс был потным, его рубашка разорвана, но выглядел он отлично. По сути, он выглядел таким же рассерженным, как и его дочь. Джошуа поразился в тот момент, насколько они похожи друг на друга.
Протянув руку, Джеймс обхватил Алекс и подтянул её поближе к себе.
— Всё нормально, детка. А ты уверена, что с тобой всё хорошо?
— Я потеряла свой пистолет. — Она сказала это так, будто совершила тяжкий грех.
Отец, утешая, обнял ее, на его лице запечатлелась гордость.
— Ты действовала замечательно, учитывая, что для тебя всё это было неожиданным. — Он погладил ее по рукам и спине, будто уверяя себя, что с ней и вправду всё хорошо.
— Проблема заключается в том, что это были, по большей части, молодые люди. Только двое из них были опытными воинами. В следующий раз будет не так легко.
— Легко… — Джошуа слышал растущий ужас в ее тоне. — Это было легко? — Ее глаза рассеянно переходили от большого серого волка, лежащего мертвым на полу к мужчине со сломанной шеей. Алекс тяжело сглотнула, ее рука схватилась за живот.
Джошуа знал, что сейчас на ней сказываются последствие драки. Адреналин все еще мчался по её венам, не имея возможности исчерпать себя. От этого она должна была испытывать тошноту. Схватка не была слишком уж тяжёлой, но для неё это послужило огромным потрясением. Тем не менее, она твердо держалась на ногах. И снова он обнаружил, что доволен ее внутренней силой.
Джеймс поцеловал ее в лоб, перед тем как отпустить.
— Ты должна идти со Страйкером.
— Нет. Я не оставлю тебя. — Она впилась взглядом в Джошуа, как если бы это предложил он, а не ее отец.
Джошуа протянул руки перед собой.
— Он прав, Алекс. Они вскоре вернутся или прибудет другая группа. В следующий раз их, возможно, будет больше, и они будут более организованны.
Отец ухватил ее за плечи и слегка встряхнул:
— Послушай меня, Алекс. Я отказался от всего, чтобы сохранить тебя в безопасности, и я ни минуты не сожалею об этом. И будь я проклят, если позволю этим мерзавцам поиметь тебя, если в моих силах это предотвратить. Ты понимаешь меня?
Джошуа смотрел, завороженный игрой чувств, которые промчались по лицу Алекс. Гнев сменился вызовом и, наконец, пришли признание и печаль. Она, возможно, и являлась альфа-женщиной, но в этой маленькой стае из двоих, ее отец все же был главным волком.
Алекс расправила плечи, сбрасывая руки отца.
— Что ты хочешь от меня?
Ее отец кивнул, и Джошуа мог сказать, что он и не ожидал другого ответа от своей дочери.
— Я хочу, чтобы вы с Джошуа отправились в стаю Волчьей Бухты. Он защитит тебя ценой своей жизни. Там у тебя будет время познакомиться с остальной частью одиноких самцов-волков перед тем, как тебе придется решать. — Он остановился и провёл рукой по своему лицу, выглядя утомленным и внезапно постаревшим. Джеймс глубоко вздохнул, протянул руку и погладил Алекс по волосам.
— Я не желал такой жизни для тебя. Я надеялся, что этого не случится, что в тебе окажется больше от твоей человеческой матери. Но волк сильнее, и невозможно отрицать это. Я знаю, что это – не то, чего бы ты хотела, но я верю в тебя, Александра. Я знаю, что ты достаточно сильна, чтобы не только устоять перед этим, но и преуспеть.
Алекс сглотнула. Джошуа наблюдал игру мускулов ее горла, испытывая сильное желание медленно провести языком по этой мягкой, чувствительной коже. Адреналин мчался по его венам в поисках выхода и, за неимением возможности применить силу, секс удовлетворил бы его так же хорошо. Возможно, даже лучше. Он нашёл почти невозможным оторвать от неё свой пристальный взгляд, но он сделал это, болезненно осознавая, какими тесными стали джинсы.
— Я освобожусь от тел, — Джеймс жестом показал на волка и на мужчину. — Затем последую за вами. Полагаю, стая Волчьей Бухты находится всё там же.
Джошуа шагнул вперед, одолеваемый внезапным побуждением забрать Алекс подальше отсюда. Он почувствовал нервозность, как будто ледяной ветер только что скользнул по его позвоночнику.
— Это оно, — заверил он Джеймса. — У нас не так уж много времени. — Он выглянул в окно. Остальная часть мира только начинала пробуждаться, но Джошуа знал, что поблизости бродят волки. Волк в нем чувствовал их, и они не были дружелюбны.
— Я должен забрать Алекс назад, под защиту стаи.
Джеймс перешагнул через тело волка и снова открыл книжный шкаф. Сдвинув в сторону другую ложную панель, он открыл переднюю стенку маленького сейфа. Быстро набрав код, он дернул дверь и, вытащив большой свёрток банкнот, вручил его Алекс. Потом извлёк еще одну большую пачку наличных и засунул их в собственный карман, перед тем как закрыть сейф.
— Если вам понадобится остановиться в мотеле или залечь на дно на несколько дней – за все платите наличными. Не оставляйте им след, который они смогут вычислить. Волки, может, и не живут в городах, но они умны и находчивы. Не думайте, даже на мгновение, что они не используют любые человеческие технологии, которые будут в их распоряжении. — Он накрыл безвольные пальцы Алекс пачкой денег. — Мы и в самом деле, такие же, как люди, только с кое-какой небольшой особенностью.
Алекс бросилась к отцу и крепко обняла его.
— Я не хочу оставлять тебя. — Ее голос был приглушен рубашкой отца, но Джошуа все-таки услышал. Он чувствовал ее боль, как свою собственную. Испытывая неловкость при виде нежных чувств, он отвернулся в сторону, давая отцу и дочери немного уединения.
— Я знаю, что ты не хочешь, Алекс. Я тоже не хочу выпускать тебя из поля зрения, но у нас нет выбора. Если мы разделимся, я смогу увести их за собой, тогда у нас будет больше шансов на спасение.
Она шмыгнула носом, и Джошуа не смог удержаться, чтобы украдкой не оглянуться на нее. Алекс с силой терла глаза тыльной стороной ладоней. Отец, посмеиваясь, дразнил ее, вытирая подолом своей рубашки предательские свидетельства ее слёз.
Джеймс вынул из кармана мобильник, бросил его на пол и раздавил каблуком.
— Не используй свой сотовый телефон. Мы не знаем, не контролируют ли они их.
Алекс кивнула, взяла деньги, которые ей дал отец, и, разделив их на четыре отдельные стопки, поместила по одной в каждый карман ее джинсов. Джошуа поднял бровь и внимательно посмотрел на нее. Она была толковой. Ей не придется вытаскивать перед кем-либо огромную пачку наличных. Клерк в мотеле или в магазине мог бы запомнить это.
Алекс наклонилась, подняла с пола пистолет и запихнула его в свою кобуру. Потом проверила свои ножи и, оставшись довольной, повернулась к отцу.
— У тебя есть еще патроны?
Джеймс подошел к тайнику позади книжной полки и вытащил другой Глок, развернув его обратной стороной.
— Нет. Обойма была полная. Ты выстрелила три раза, так что у тебя осталось четырнадцать патронов. Рассчитывай их. Серебряные пули нелегко достать, слишком много нежелательных вопросов. Я планировал приобрести больше, но теперь уже поздно.
— Будет кто-нибудь звонить в полицию? — спросил Джошуа.
Джеймс показал головой.
— Скорее всего, нет. Здание позади нас пустует. А у большинства людей вокруг здесь собственные предприятия.
Их встревожил шорох за окном. Время вышло. Джеймс махнул в сторону двери. Джошуа отыскал свой нож и резким ударом распахнул дверь, готовый к любой угрозе. Определив, что путь свободен, он пошел впереди них вниз по лестнице, в гараж. Большая комната оказалась пустой, но сверху они слышали громкие удары. Джеймс закрыл дверь и запер ее на засов. Джошуа знал, что это не задержит их надолго.
Широко шагая через всю комнату, Джеймс поспешил в офис и через минуту вернулся с тяжелой кожаной курткой и несколькими ключами. Двигаясь к Алекс, он на ходу бросил один комплект Джошуа.
— Надень это. — Джеймс вручил ей куртку и подождал, пока она надела её. Затем протянул ей комплект ключей и жестом указал в угол. — Возьмите Дукатисы. У одного из них небольшая утечка масла, другому нужна только настройка. Вы сможете на них отсюда уехать, но бросьте их, когда почувствуете себя в безопасности. Они слишком заметны, поэтому их легко запомнить. — Закончив говорить, он посмотрел на Джошуа.
Джошуа кивнул, продолжая путь к мотоциклам в углу. Это были первоклассные машины, и он не мог не восхититься ими.
— Можешь ездить? — спросил он Алекс, когда она подошла к нему.
Она фыркнула и повернулась к нему спиной. Джошуа понял это как утверждение.
Джеймс рассмеялся, покачав головой.
— Я больше волнуюсь за тебя, чем за Алекс. Она может управлять любой машиной на дороге.
Алекс уже уселась на свой мотоцикл и вставила ключ в замок зажигания. Он взревел, оживая, в то время как Джеймс поспешил к старинному Мустангу и скользнул внутрь. Он опустил окно и крикнул, перекрывая рев моторов.
— Я увижу вас через два дня. Если что-нибудь случится с моей маленькой девочкой, ты будешь иметь дело со мной.
Прежде чем Джошуа успел ответить, дверь гаража начала подниматься. Ругаясь себе под нос, он стащил мотоцикл со стенда и оседлал его. Послышался визг шин, и он резко вскинул голову, как раз вовремя, чтобы увидеть, как вылетает из гаража Мустанг, едва не задев нижнюю кромку двери гаража, которая все еще поднималась.
Что-то колотило по передней двери, ведущей вниз из квартиры. Засов слабел под ударами. Еще пару ударов – и эти негодяи прорвутся и доберутся до них. Алекс дернула его за руку, громко крикнув, чтобы быть услышанной сквозь шум.
— Давай за мной! — Не давая ему возможности ответить, она газанула и пулей вылетела из гаража. У него не было другого выхода, кроме как последовать за ней.

Мустанг с ревом вылетел из гаража и устремился вперёд по улице. Визг шин за его спиной доставил Джеймсу чувство огромного удовлетворения:
— Так-то вот, сволочи. Следуйте за мной.
Два невзрачных автомобиля помчались за ним в погоню. Джеймс бдительно следил за зеркалом заднего вида и остался очень доволен, когда увидел, как два мотоцикла выскочили из гаража. Вдавив педаль газа в пол, он резко повернул направо. Внезапно он услышал характерный звук выстрелов и чуть было не повернул назад.
Ему потребовалась вся его самодисциплина, чтобы продолжать двигаться вперед, увлекая преследователей за собой, подальше от Алекс. Джеймс напомнил себе, что он очень хорошо обучил свою дочь. Она знала, как защитить себя. Более того, она ещё и ездила как демон. Вот почему он настоял, чтобы они взяли Дукатисы. С маленькими, быстрыми мотоциклами они могли ускользнуть от любого, кто бы преследовал их. Это было задачей Джеймса – отвлечь большую часть нападавших на себя.
Он начал смертельно опасную игру в кошки-мышки, которая вела их через все закоулки города. Джеймс знал их все, досконально. Если ему повезет, его преследователи узнают кое-что о расположении местных дорог. Инстинкты не подвели его, так что ему не потребовалось много времени, чтобы избавиться от преследователей. Но Джеймс понимал, что так просто они не уедут. Когда они узнают, что Алекс направилась в Волчью Бухту под защиту стаи, они просто перегруппируются. Джеймс полагал, что напоследок они прочешут город, и, оставшись ни с чем, скорее всего, устроят засаду где-нибудь по дороге. Это – то, что он сделал бы сам, окажись он в их положении.
Медленно выехав из-за здания, он повернул налево и направился в сторону деловой части города. Настало время приступить к делу.

Сердце Алекс билось так сильно, что она не могла слышать ничего, кроме его пульсирующего ритма. Мотоцикл вылетел из гаража как раз вовремя, чтобы она смогла увидеть багажник Мустанга, поворачивающего направо в конце улицы. Ее отец был в безопасности. Она была в безопасности. Это все, что имело значение.
Грохот выстрела из крупнокалиберного оружия заставил ее подпрыгнуть. Кто-то стрелял в нее и в Джошуа. Хорошо, а чего она ждала? Эти люди были явно не из тех, что долго разговаривают. Свист справа напугал ее, и она непроизвольно резко дёрнула руль в другом направлении.
Ругая себя, Алекс изо всех сил старалась восстановить контроль над машиной и удержаться от падения. Нужно было просто проигнорировать стрельбу и гнать дальше. Алекс даже не знала, следовал ли за ней Джошуа Страйкер, и она не смела оглянуться, чтобы проверить. Она только надеялась, что он не отстанет. Доехав до конца улицы, Алекс, не притормаживая, круто повернула налево.
Девушка почувствовала что-то, приближающееся к ней с правой стороны, и рискнула бросить быстрый взгляд. Конечно же, это был другой Дукатис, следующий за ней по пятам. Пригнувшись к быстрой, обтекаемой машине, она повела её по улицам Чикаго и, наконец, оказалась в самом сердце города.
Это поразило Алекс. Скромные здания её района остались позади, и, кто знает, – возможно, она уже никогда не сможет вернуться туда снова. Мысль ударила, словно нож в сердце. Это был единственный дом, который Алекс когда-либо знала. Может, она больше никогда не увидит Дивайн. Мистер Быковски из магазина-пекарни, где она покупала кофе и булочки по утрам, будет гадать, что с ней случилось. У нее не было по-настоящему близких друзей, но и она, и ее отец тоже в каком-то смысле были частью общественной жизни в своей маленькой части города.
Что будет с гаражом ее отца? Так как он остался незапертым, то вероятней всего, к концу дня его попросту разворуют. А ее крошечная квартирка и все ее вещи? Она владела немногим, но всё, что у неё было, Алекс подбирала с любовью. Она потратила годы, экономя деньги в дешёвых магазинах, и в комиссионках, чтобы найти мебель и посуду, которые ей так нравились.
Глаза заволокло слезами, и она с трудом сморгнула, чтобы прочистить зрение. Сейчас не время. Вещи можно заменить. В конце концов – это только вещи. Важно, что она и ее отец были в безопасности. Сейчас она не смела думать об остальном. Алекс не могла позволить себе потерять свой настрой.
Девушка знала, что, откладывая решение, ничего не изменит, но это могло подождать, пока она не будет в безопасности. И ещё она знала, что ей придется вплотную заняться тем кошмаром, которым внезапно стала ее жизнь.
Байк дернулся и двигатель начал чихать. Алекс достался мотоцикл, в котором была утечка масла. Взглянув вниз, она увидела пятна темной жидкости, запачкавшие ее джинсы. Ага, в этом не было никакого сомнения. Ещё немного – и она будет вынуждена остановиться. Взмахом руки подозвав Джошуа, чтобы он поравнялся с ней, девушка показала на двигатель. Он кивнул головой и плавно переместился вперед. Алекс догадалась, что это означало – он хотел, чтобы она следовала за ним.
Девушка подгоняла мотоцикл так сильно, насколько хватало смелости, зная, что любой момент для него может стать последним. В конце концов, когда двигатель заглох совсем, ей пришлось съехать на обочину. Джошуа повернул за угол, очевидно ещё не заметив, что её сзади нет.
На короткий миг ее заполнил страх. Она на самом деле осталась одна. Ее дом и ее прежняя жизнь были бесцеремонно отрезаны от нее.
Глубоко вздохнув, Алекс опустила подножку байка и слезла с него. Она открыла боковое отделение и опустила туда ключи. Затем закрыла его, хлопнув по нему ладонью, ступила на тротуар и пошла, не оглядываясь. Город, со временем, отбуксирует мотоцикл и сдаст его на хранение. Это была благополучная часть города, так что она могла не беспокоиться о том, что оставила его здесь: никто бы его не угнал. Он будет в безопасности, пока, как она надеялась, у ее отца не появится возможность получить его обратно.
Алекс шагнула вниз, на длинную бетонную полосу, не имея ни малейшего представления о том, куда следует идти. Самое время было понять, что она была единственной, кто не знал точно, куда надо ехать. Всё равно, где же была эта Волчья Бухта? Не то, чтобы это имело значение. Джошуа, вероятно, вернётся назад и будет искать ее, как только заметит ее отсутствие. Если, конечно, кто-нибудь из тех отвратительных мужчин, что гонятся за ними, не схватит его. Она вздрогнула от этой мысли. В случае если что-то произойдет, и он не сможет вернуться за ней, ей понадобится крупномасштабная карта. Она пойдет в библиотеку и поищет её там.
Если бы потребовалось, Алекс смогла бы укрыться самостоятельно. Она установила бы контакт с Дивайн и сообщила той, где находится. Отец обязательно начнёт искать ее, если Алекс не появится в Волчьей Бухте. Он проверил бы каждого в их старом районе – и тогда Дивайн смогла бы сообщить ему ее местонахождение.
Теперь, когда у Алекс появился план, она почувствовала себя лучше. Ее желудок заурчал, напомнив ей, что свою булочку сегодня утром она так и не съела. Она хотела есть, и нуждалась в кофе. Обо всем, что сегодня произошло, девушка еще не раздумывала. Возможно, было глупо сосредотачиваться на таких обыденных вещах, но это было лучшее, что она могла сделать прямо сейчас. Оглядевшись, Алекс заметила подходящее заведение. Она могла бы зайти туда, получить свой заказ и продолжить двигаться в том направлении, где мог быть Джошуа. Девушка надеялась, что сможет его найти.
Алекс заглянула через окно, оценивая обстановку, и только потом распахнула дверь из стекла и стали, и шагнула внутрь. Тепло, распространявшееся из кухни, напомнило ей, что она все еще одета в кожаную куртку. Она уже раньше согрелась, ещё снаружи, так как солнце на небе поднималось все выше. Девушка начала было расстегивать молнию на куртке, но вовремя вспомнила, что носит пистолет, пристегнутый ремнем к бедру. Она небрежно дернула молнию назад, надеясь, что никто ничего не заметил. Определенно, ей лучше бы взять свой заказ и убраться отсюда. И чем скорее, тем лучше.
К счастью, обслуживание было быстрым. Алекс расплатилась и направилась обратно к двери спустя пять минут после того, как вошла. Выйдя на улицу, она поднесла стакан к губам, сделала глоток и вздохнула от удовольствия, когда темный, густой напиток заскользил вниз по ее горлу. Это было блаженство. Это было нормально и это было то, в чём она нуждалась ежедневно.
Тяжелая рука опустилась на ее плечо. Алекс не задумалась даже на мгновение. Она уронила коричневый бумажный пакет, который держала в руках, резко развернулась и бросила бумажный стакан в нападавшего, обливая его горячей жидкостью.
— Черт!
Слишком поздно она поняла, что это был Джошуа и теперь он выглядел не очень-то довольным. Кофе покрыл пятнами его рубашку и стекал каплями с его челюсти. Что ж, тем хуже для него. Её это тоже не сделало счастливее. Ее свежий кофе растёкся по тротуару. К счастью, его быстрая реакция спасла его от слишком сильного поражения горячими брызгами. К сожалению, его нога наступила на ее завтрак.
— Черт возьми, что с тобой такое? — Схватив Алекс за плечи, он дернул ее к себе. Она подумала, что он мог бы тряхануть ее как следует, но его пальцы только вцепились в тяжелую кожаную куртку, а темные глаза уставились на неё с возмущением.
— Предполагалось, что ты следуешь за мной, не останавливаясь на кофе. Глупее этого ничего не может быть. Пойми – это не игра. — Последнее было сказано со смесью гнева и раздражения, но под этим она смогла услышать оттенок страха за неё. Только по этой причине она сдержалась и справилась со своим самообладанием, которое висело на очень тонком волоске.
Пожав плечами, она высвободилась от него и упёрлась руками в бедра.
— Во-первых, байк сдох. У него еще в магазине была утечка масла. Сегодня утром я должна была его отремонтировать. У меня не было иного выбора, кроме как остановиться, а ты был слишком далеко впереди, чтобы я могла тебе просигналить. Я бросила мотоцикл и отправилась пешком. Во-вторых, это твоя вина, что я не получила свой кофе сегодня с утра. Я не думала, что это повредит кому-нибудь, если я заскочу ненадолго в магазин и куплю его. Как, чёрт возьми, я могу драться с плохими парнями, если у меня нет моего кофе?
— Я начинаю думать, что ты сможешь драться с ними гораздо лучше, если у тебя вообще не будет твоего кофе, — пробормотал он.
Алекс мгновенно отнесла обиду к намеку на то, что она попросту стерва. Ему, вероятно, не приходилось обходиться без утреннего кофе. Она открыла рот, чтобы обругать его, но остановилась. Джошуа оглядывался по сторонам, и Алекс поняла, что они начинают привлекать толпу.
— Ну-ка, пошли. — Он положил свою руку ей на плечо и почти насильно заставил ее сдвинуться с места. Она остановилась только для того, чтобы подобрать с земли сплющенный бумажный пакет. Когда они проходили мимо мусорной урны, девушка бросила в нее свой раздавленный завтрак.
— Что это было?
— Мой рогалик, — ответила она. В голосе звучало отчаяние, но, черт возьми, она хотела свой завтрак!
— Позволь мне угадать. — Он усмехнулся, а когда продолжил, Алекс впилась ногтями в свои ладони, едва сдерживаясь, чтобы не залепить ему пощечину. — Сегодня с утра тебе не выпало шанса съесть и свой рогалик.
Она не потрудилась ответить ему и уточнить, что это была булочка с черникой. Там, где она остановилась, не было никого. Ее желудок заурчал, и внезапно на девушку разом навалилось все случившееся. Кофе и рогалик стали последней каплей. Оттолкнув его, Алекс бросила на него сердитый взгляд.
— Тебе это может и смешно, но это моя жизнь, которая вдруг, ни с того ни с сего, пошла вразнос. Черт, все, что я хотела – чашку кофе и что-нибудь поесть. Разве это так много?
Одарив его испепеляющим взглядом, она гордо зашагала дальше по тротуару. Он мог последовать за ней или нет. Ее это не беспокоило. Она могла сама позаботиться о себе. Ей, несомненно, не нужен какой-то недоумок с перекачанной мускулатурой, чтобы присматривать за ней. Ну ладно, хорошо, – его мускулы не были слишком уж накачаны. Вообще-то, он был стройным и очень сексуальным. Но все равно он был идиотом.
Его руки обвились вокруг нее со спины, и Джошуа приподнял ее, оторвав ее ноги от земли.
— Алекс, я вовсе не собирался насмехаться над тем, что тебе пришлось пережить сегодня. Я думаю, что ты справилась со всем поразительно хорошо.
Девушка впитывала в себя его слова и ждала. После того, как прошла минута, она поняла, что это, наверное, самое значительное из всех извинений, которое она когда-либо смогла бы получить от Джошуа. У нее было чувство, что он был тем типом мужчины, который никогда не извинялся – ему это, вероятно, и не нужно было. Она сомневалась, что он в своей жизни делал много ошибок. У него был вид сдержанного, привыкшего к самоограничению человека, всегда контролирующего свое окружение, что несколько пугало её. Вот если бы его можно было напугать чем-нибудь. Чего ей, как она была уверена, не суметь. Ей не понравилось, что ее залило румянцем от удовольствия, когда он похвалил её действия. Кого волнует, что он думает?
Он поставил ее обратно на ноги и взял за руку, переплетя их пальцы таким образом, что ладони соприкасались. Его рука была тёплой.
— Пойдем. Мы не можем здесь оставаться.
Алекс последовала за ним, ускорив шаг, чтобы сравняться с ним. Или так, или тащиться позади него.
— Где твой байк? — спросила она его.
— Кончился бензин. — Джошуа угрюмо покачал головой. — Вот почему мне потребовалось так много времени, чтобы вернуться и найти тебя.
Алекс не могла поверить в их невезение. Они остались без транспорта, да ещё с группой злобных мужчин, – оборотней, поправила она себя, – на хвосте.
Они шли вот уже почти час, и Алекс изо всех сил старалась игнорировать голод в желудке и головную боль в затылке, возникшую из-за недостатка кофеина. Она попробовала сосредоточиться на городе и окружающей их местности.
Чикаго был городом контрастов. Кварталы больших дорогих домов соседствовали с трущобами. Оживленные деловые районы существовали бок о бок с яркими этническими поселениями. Чикаго был живым и постоянно меняющимся. Для Алекс он был родным домом.
Люди сновали мимо них, торопясь каждый по своим делам, какими бы они не были. Автобусы с пыхтением двигались по дороге, соперничая за место с грузовиками из городского гаража и с легковушками. Некоторые из них громко сигналили, но это не заставляло движение ускориться хотя бы на секунду. «L» – система скоростного надземного транспорта, прогрохотала справа от них, неся людей на работу, в школу, или куда там ещё они направлялись. Торговые фирмы были открыты, усиленно стараясь заманить покупателей внутрь.
К сожалению, для Алекс, единственным, что занимало сейчас ее внимание, был мужчина рядом с ней. На неё очень сильно воздействовал тот факт, что их ладони соприкасались, а пальцы переплелись. Раньше ей никогда не приходилось ходить рука об руку с мужчиной. Это было удивительно интимно.
Рядом с ней он казался таким большим. До этого она никогда не считала себя маленькой, но почему-то рядом с ним она чувствовала себя именно так. Джошуа был, вероятно, шестью дюймами выше, чем она, и гораздо более мускулистым. От него исходило ощущение силы и уверенности, которое для неё было более чем притягательным.
И это вообще не поддавалось осмыслению. Она проработала в гараже всю свою жизнь и видела в проходящей перед ней череде много разных мужчин, в том числе и красивых, и хорошо сложенных. Но никогда ее не влекло ни к одному из них.
Черная тенниска облегала его плечи, словно вторая кожа. Джинсы, которые он носил, старые и мягкие, как влитые сидели на мощных мышцах его бедер. Она наблюдала за ним в гараже, когда он шёл вверх по лестнице и обратно, и запомнила, как они были натянуты сзади. Задница у него была просто классная. И выпуклость спереди…, ну, в общем-то, тоже была впечатляющей.
Лохматые черные волосы спадали на плечи, искушая девушку зачесать их назад и попробовать приручить. Она могла ощущать его дикость, что скрывалась за контролируемым фасадом. Это был сложный, неоднозначный мужчина. Лицо Джошуа нельзя было назвать красивым, но оно было мужественным и приковывало к себе внимание. Он прямо-таки источал сексапильность, и не было сомнений, что женщины падали к его ногам. Алекс нахмурилась, потому что последняя мысль пришлась ей не по вкусу.
Почему ее должно волновать, если женщины бросаются на него? Она едва его знала. И все же мысль о нем и о какой-нибудь женщине, об их голых телах, трущихся друг об друга, отозвалась болью в ее желудке. Алекс прижала ладонь к своему животу, желая успокоить его и возлагая ответственность за его расстройство на тот факт, что давно прошло её нормальное время завтрака, а она до сих пор ничего не ела.
Джошуа потянул ее за руку, останавливая, и Алекс заставила себя посмотреть на него. Уголки его губ слегка приподнялись, и ее желудок подскочил, а потом провалился. Ее соски тут же затвердели, и влага просочилась между ног. Улыбка Джошуа угасла, глаза потемнели, зрачки увеличились.
О, Господи! Он же мог чувствовать запах ее возбуждения! Ее отец упоминал об усилении чувств. Она ждала какого-нибудь пошлого комментария, но ничего не последовало.
Обойдя девушку, он открыл дверь и пригласил ее внутрь.
— Входи. Позволь мне купить тебе завтрак.
Алекс проглотила слюну и шагнула через порог.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:21 #5

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 4


Джошуа наблюдал за девушкой, сидящей за столом напротив него, не в силах отвести от неё взгляд. Перед Алекс стояла уже вторая чашка кофе – первую она проглотила практически залпом. Он потёр рот ладонью, пряча улыбку. Когда она сделала первый глоток из второй чашки, улыбка пропала. Глаза Алекс были закрыты, голова откинулась назад, лицо выражало чистейшее блаженство. Она выглядела как женщина в томлении сексуальной разрядки. Джошуа тяжело сглотнул и переменил положение, пытаясь устроиться таким образом, чтобы яйца не давили на член, причиняя боль.
Они не разговаривали с тех пор, как сделали заказ и заняли столик в тихом заднем углу маленького, но на удивление оживлённого ресторанчика. По молчаливому согласию оба решили подождать окончания завтрака, прежде чем начинать разговор. Меньше шансов прерваться.
Официантка поспешила к их столу и поставила перед ним бекон, яйца, мясное рагу, обжаренное с овощами и тосты к нему. Всё это восхитительно пахло. Джошуа видел, как Алекс чуть ли не выхватила свою тарелку из рук официантки. Как только девушка поняла, что у неё появился реальный шанс сесть и нормально поесть, она предпочла блинчики с черникой и бекон вместо поджаренного рогалика.
Он спокойно поблагодарил официантку, наблюдая, как Алекс поливает тёплым сиропом горячие блинчики. Часть жидкости, капая со струйки из носика маленького металлического кувшинчика, потекла по её пальцам. Поменяв руки, она продолжила лить и, поднеся пальцы ко рту, слизнула с них сладкий сироп.
Джошуа застонал и снова сменил положение тела. Она являла собой картину чувственной соблазнительности, когда неожиданно сунула один из пальцев в рот и пососала его. Её губы, полные и розовые, так и просили попробовать их на вкус. Они были бы сладкими от сиропа и теплыми. Алекс медленно вытащила палец изо рта, убедившись, что слизала все, до последней капли.
Когда он снова застонал, девушка взглянула на него и замерла, увидев выражение его глаз. Ее глаза, обрамленные длинными, темно-коричневыми ресницами, были туманно-серыми. Она вопросительно приподняла одну слегка изогнутую бровь. Джошуа покачал головой. Алекс, пожав плечами, резко поставила кувшинчик обратно на стол и взяла свою тарелку. Не глядя на него, она принялась за свою еду.
Джошуа не был уверен, что ему удастся дожить до конца завтрака.
Чтобы сохранить своё здравомыслие, он сосредоточился на еде. Несмотря на то, что Алекс, наверное, была уверена в ином, у него тоже не было времени, чтобы поесть сегодня утром. Он провел всю ночь, обыскивая каждый частный гараж в городе, в то же время оставляя ложные следы для идущих по пятам бродячих волков. Этим он был занят две последние ночи.
Его встревожила увиденная им часть Чикаго, в которой Джеймс ЛеВо Райли воспитывал свою дочь. Но после того как он встретился с этим мужчиной и с его дочерью, он понял – Джеймс, безусловно, знал, что делает. Алекс была уверенной в себе и способной отлично владеть собой рядом с ним или любым другим мужчиной.
Бекон с хрустящей корочкой, тост золотисто-коричневого цвета и вареные яйца были превосходны. Даже подрумяненное мясное рагу не было жирным. Неудивительно, что все места были заняты. Ресторан, может и не выглядел большим, но пища была исключительной. Собственно говоря, они не должны были останавливаться для завтрака, но это стоило риска – быть свидетелем очевидного удовольствия Алекс, с которым она ела и пила.
Он посмотрел на Алекс и не удивился, увидев, что она обмакивает в остатки сиропа на своей тарелке последний кусочек блинчика. Покончив с ним, девушка аккуратно положила нож и вилку на тарелку и со вздохом откинулась назад.
— Это было бесподобно. — Алекс взяла кружку с кофе и отхлебнула, прежде чем поставить ее обратно на стол. Сцепив руки на животе, она внимательно посмотрела на него.
— Итак, куда именно мы направляемся, и что будет, когда я доберусь туда?
Хотя ее вопрос и поза были одинаково непринуждёнными, он видел, как побелели суставы ее пальцев на крепко сжатых руках. Алекс чувствовала себя в этот момент как угодно, только не непринуждённо. Взяв кружку с кофе, он сделал большой глоток, залпом допивая остатки.
— Волчья Бухта находится в Северной Каролине. Речь идет о десяти часах езды отсюда, если мы будем ехать без остановок. — Джошуа поставил кружку на стол. — Это красивая местность в горах. Мы скупили земли около века назад и объединились вокруг проживающей там главной семьи. Как только мы доберемся туда, ты окажешься в безопасности, и у тебя будет время, чтобы встретиться со всеми подходящими для супружества самцами стаи.
— Главная семья?
Джошуа заметил, что Алекс избегает любого упоминания о встрече с мужчинами стаи, но он ответил на ее вопрос.
— Альфа, Ян, и его подруга Патриция. Мои братья и я тоже живём там.
— Ты говорил о том, что обеспечиваешь безопасность или что-то в этом роде. — Он мог бы сказать, что она перебирает в своей памяти фрагменты состоявшейся утром беседы.
— Да. Страйкер – всегда – глава безопасности. Наша лояльность стае не оспаривается.
— Значит, ты – важная шишка!
Он попытался объяснить так, чтобы она поняла.
— Когда среди наших людей появляются разногласия, мы – и судьи, и присяжные, и палачи. Мы, подобно полиции, обеспечиваем уверенность в том, что стая защищена от любого внешнего насилия или каких-либо потрясений изнутри. Наша задача – защитить стаю любой ценой, чтобы обеспечить ее дальнейшее существование.
— Да, это не может быть легким делом. — Ее голос смягчился. — Но неправильно взваливать так много на одного человека. Знаешь, что говорят об абсолютной власти?
— Что это абсолютно развращает. — Он слегка наклонил голову, признавая ее точку зрения. — И все же это необходимо. К тому же, мне помогают мои братья. Я всего лишь глава безопасности, а не её единственный сотрудник. И Ян – все еще альфа. Его слово является решающим.
Алекс жестом подозвала официантку и, когда та снова наполнила кружки кофе, радушно поблагодарила её. Она добавила сахар, размешала его и приподняла кружку, чтобы попробовать. Потом облизнулась, чтобы собрать мелкие капельки, бисеринками блестевшие на краешках её нижней губы. Джошуа захотелось лизнуть эту губу, взять её в рот и пососать. Вместо этого, он сосредоточил свое внимание на Алекс, ожидая ее следующий вопрос.
— Расскажи мне о своей семье. У тебя есть братья?
Он кашлянул и продолжил разговор, надеясь скрыть растущий дискомфорт. Его эрекция, которую он до этого контролировал, снова увеличилась в тот момент, когда Алекс языком коснулась своих губ.
— Мои родители – оба умерли, но у меня есть четыре брата: один старший и трое младших.
— Вот как… – Алекс сидела, подавшись вперед, локтями опираясь на стол и подпирая ладонями подбородок. — Мне всегда хотелось иметь сестру или брата. Но были только мы двое: папа и я.
— Это здорово, когда рядом с тобой растут твои братья, хотя иногда мне и хотелось, чтобы я был единственным ребенком. — При мысли о родных братьях на его лице появилась неохотная улыбка. — Исайя1– первенец, затем – я, Михей, Левий и Саймон.
Она уставилась на него заинтересованным взглядом.
— У меня была сестра. — Прошли годы, но ему все еще было неприятно говорить об этом. — Рейчел исчезла, когда была подростком. Мы не нашли ее тела. Сейчас ей было бы около пятидесяти лет. Она была младшим ребенком в семье, лет на тридцать моложе меня.
Глаза Алекс стали большими, словно две полные луны, изумление сияло в их глубине. Она открыла рот, чтобы что-то сказать и снова закрыла его. Потом напряжённо сглотнула.
— Ты хочешь сказать, что тебе восемьдесят лет? — Девушка оглянулась, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.
— Да.
— Вот это возраст! У меня до сих пор это в голове не укладывается. — Алекс потерла ладонями вверх-вниз по своим рукам.
— Привыкнешь со временем. Я полагаю, что ты будешь жить также долго, как и остальные из нас, так как волк доминирует в твоей генетике.
Алекс откинулась на спинку сиденья, качая головой.
— Потрясающе! — Она покрутила головой, оглядываясь. — Пойду, поищу дамскую комнату. Нам, надо полагать, пора двигаться, — сказала она, резко меняя тему. Джошуа почувствовал ее нежелание оставаться здесь слишком долго, учитывая её изменившиеся обстоятельства. Он не мог винить ее, особенно потому, что они не были здесь в безопасности.
Джошуа поднялся из-за стола, вытащил из кармана и оставил на столе более чем достаточную плату за их обед, предусмотрев щедрые чаевые. Задержка стоила того, хотя бы только потому, что кофе и еда сделали Алекс счастливее.
Придерживая её рукой за талию, он повел Алекс по короткому коридору в сторону туалета.
— Я буду ждать тебя здесь. Никуда не уходи без меня.
Алекс дерзко отсалютовала ему:
— Есть, сэр!
Джошуа игриво шлепнул ее пониже спины, когда она толкнула дверь в дамскую комнату. Алекс подскочила и через плечо бросила на него свирепый взгляд, потирая свой зад.
Он улыбнулся и покачал головой. Никто, за пределами его семьи, не относился к нему так, как она. Большинство людей отступали подальше, опасаясь привлечь его внимание, но только не Алекс: она на каждом шагу подначивала его, возражала, кидала на него сердитые взгляды. Проходя в мужскую комнату, он решил поторопиться. Кто знает, что она может натворить, если оставить ее одну надолго.

Алекс спустила воду в туалете и вышла из кабинки, направляясь к одной из двух крохотных потрескавшихся раковин. До этого, за закрытой дверью, она проверила ножи, которые были надёжно закреплены в её сапожках, и до поры переложила пистолет в глубокий карман кожаной куртки. Был конец сентября, но на улице стояло тепло. Продолжать ходить в этой куртке было бы слишком жарко.
Алекс бросила её на другую раковину, намылила и ополоснула руки, пристально разглядывая своё отражение в зеркале. В автомате не было бумажных полотенец, так что она вытерла руки о джинсы. Для того, чья жизнь изменилась так резко, и кто столько пережил, она выглядела на удивление нормально.
Ее волосы были растрепаны, кожа бледна, но лицо было всё то же. Даже ее глаза не изменились: знакомые, серебристо-серые – они пристально смотрели на нее из зеркала. Почему-то она думала, что будет выглядеть как-нибудь иначе.
Руки начали дрожать. Дрожь от рук распространилась дальше, по всему телу. Этим утром она убила человека. Скорее, волка. Но, тем не менее, он был и человеком тоже, разве нет? Сознание того, что он собирался убить ее отца и похитить ее, не облегчало состояния.
Первое рыдание пришло из самой глубины души, застав ее врасплох. Вплоть до этого момента ей удавалось держать под спудом все свои эмоции, оставив функционировать только нужные, чтобы продолжать двигаться вперед. Но сейчас, когда она была сыта и в относительной безопасности, эти эмоции устремились наружу, требуя выхода.
Держась за край раковины, она сосредоточилась на дыхании, стараясь делать равномерные вдохи. Это было бесполезно. Алекс уступила неизбежности и позволила слезам течь.
Раздался резкий стук в дверь, но она проигнорировала его.
Дверь приоткрылась.
— Поторопись, Алекс. Мы не располагаем временем.
Его голос заставил ее зарыдать еще сильнее. Как он смеет указывать ей поторопиться? Это она предложила, что пора ехать. Значит, когда он сидел там, за столиком – они располагали временем? Она ещё выскажет ему все, как только сумеет справиться с собой.
— Черт, — пробормотал он и толчком распахнул дверь. Алекс высоко подняла голову, гневно посмотрела на него, и снова спрятала лицо в ладонях. Обычно она не рыдала вслух, но сейчас не могла заставить себя остановиться. Щелчок закрывающегося замка громко прозвучал в тишине комнаты, а затем две сильные руки обняли ее за плечи.
— Все будет хорошо, — тихонько нашёптывал он ей на ухо, легонько покачивая ее в своих объятьях. Алекс почувствовала, как ее окружило его тепло, умиротворяя своим неповторимым ароматом. Это был свежий запах чистого воздуха, сосновых деревьев и насыщенный аромат земли – и она уткнулась носом в его грудь, желая впитать его своей кожей.
— Я убила человека. Волка. Мужчину, — причитала девушка. — Чем бы он ни был, я убила его.
Она сделала это не думая, без малейших колебаний, когда поняла, что он вот-вот вцепится в горло ее отца. Сознание того, что в ней живёт инстинкт убийцы – смущало и приводило в замешательство.
— Ты защищала себя и своего отца. Я не ожидал бы меньшего от дочери Джеймса ЛеВо. Это была самооборона в чистом виде.
— Все произошло так быстро. — Алекс шмыгнула носом, тайком вытирая глаза о его черную футболку.
— Да, я знаю, милая.
Ни один мужчина прежде так ласково не обращался к ней, кроме ее отца, но это было не в счет. Они поносили ее по-всякому, бранными словами, когда она отвергала их неуклюжие сексуальные домогательства. Но это было что-то новое и неожиданное.
Девушка старалась не придавать этому слишком большого значения. Он нуждался в ее сотрудничестве, так что может быть, просто посмеивался над ней. Хотя она так не думала,… скорее всего, это происходило просто автоматически. Кто знает – может, он называет «милой» каждую женщину, которую встречает. Все, что она знала – что от этого на душе стало тепло.
Они долго простояли так. Алекс не возражала бы и дальше находиться в его объятиях, но она знала – им пора идти. Неохотно, девушка отстранилась. При движении ее соски коснулись его груди. Она закусила губу, чтобы сдержаться и не застонать вслух. Что ей хотелось сделать – так это избавиться от своей трикотажной рубашки и лифчика и тереться своими грудями о твердую выпуклость его груди.
— Ну, как ты? — Он отвёл назад прядку волос из челки с ее лица. Она получилась неровной, у нее были непослушные волосы.
— Всё нормально.
— Хорошо. — Едва вымолвив это слово, он опустил к ней голову. Ее губы непроизвольно открылись, и она поднялась на цыпочки, чтобы дотянуться до него. Его теплый рот прижался к её губам. Это было легчайшее прикосновение, но оно отдалось рикошетом по всему телу, заставляя его ожить.
Алекс дрожала, но сейчас она чувствовала себя совсем по-другому. Ее кожа жила ощущениями. Она жаждала ещё больше его прикосновений. Ее тело нуждалось в нем. Требовало его.
Однако Джошуа, казалось, особо не торопился. Он неспешно покусывал ее нижнюю губу, пощипывал ее зубами, а потом заглаживал языком.
Ее дыхание ускорилось, стало поверхностным. Алекс почувствовала, что её трикотажная рубашка и джинсы вдруг стали стесняющими, неприятно грубыми для ее чувствительной кожи. Пульсирующая боль снова началась внизу ее живота. Девушка чувствовала себя пустой, нуждающейся. Впервые в жизни она по-настоящему хотела мужчину.
Но только не любого мужчину, а Джошуа Страйкера. Оборотня.
Мысль испугала ее, едва придя ей в голову. Алекс больше не узнавала себя. Она тянулась к его силе, его запаху, к той нежности, с которой он целовал ее.
— Не думай, — потребовал он, лёгкими поцелуями покрывая ее щеки, лоб и нос. — Просто чувствуй. — Его язык проскользнул между ее губами в рот – пробуя, постигая, исследуя. Не было ни единого местечка, которого бы он не коснулся. Когда он погладил ее язык своим, девушка покачнулась. Ухватившись за его плечи для поддержки, она стряхнула чувственное оцепенение, одолевшее ее, и вернула ему поцелуй.
Их языки сцепились и переплелись. Алекс не хватало его. У него был вкус запретного плода: горячий, мужской и опасный. Словно густой черный кофе – крепкий и возбуждающий. Это было захватывающе. Алекс гладила руками его мощную шею, пропуская сквозь пальцы его лохматые черные волосы. Они струились по ее рукам, словно темный шелк. Ей хотелось почувствовать их лёгкое прикосновение к своей груди.
Болезненное ощущение, нарастающее между ее бедрами, стало слишком сильным, чтобы игнорировать его и дальше. Закинув одну ногу на его бедро, Алекс качнулась тазом вперед и не удивилась, когда почувствовала значительную выпуклость в передней части его джинсов. Застонав, она потерлась своим холмиком о его твердый выступ, ища облегчения. Влага источилась из её лона, намочив ее трусики. Шов ее джинсов прижимался к клитору, давая ей хоть какое-то облегчение. Но этого было недостаточно. Совсем недостаточно. Алекс хотелось, чтобы его руки трогали ее.
— Джошуа! — воскликнула она, оторвав свои губы от него.
— Черт, да, — пробормотал он. Оттолкнув Алекс от себя, он наклонился, схватил подол ее трикотажной рубашки и сорвал ее с девушки через голову. С низким рычанием, провёл носом по её коже от шеи до груди, вдыхая её запах.
Алекс ухватилась за край раковины обеими руками, вцепившись изо всех сил. Ладонью Джошуа обхватил одну ее грудь. Его язык проследовал по краю ее лифчика и спустился по изгибу груди к передней застежке. Большим пальцем руки он провёл по хлопку, прикрывающему ее сосок, затем накрыл его ртом и с силой всосал.
Почувствовав влажное тепло его рта через ткань лифчика, она отпустила раковину, за которую до этого отчаянно цеплялась и прижала его голову к своей груди.
— Ещё, — умоляла она.
Застежка ее лифчика расстегнулась. Джошуа, отпустив её сосок, ртом отпихнул ткань в сторону. Она смотрела вниз, желая наблюдать за ним, желая видеть все, что он делает. Ее соски сморщились и напряглись, практически умоляя его попробовать их.
— Прелесть! — обольстительно промурлыкал он, скользя языком сначала по вершинке одного соска, а затем другого. Вцепившись в его волосы, она подтащила его голову к одной груди и притянула его ближе. Она почувствовала, что его губы сложились в улыбку, но ей было все равно. Ее не интересовало, что он делал, – лишь бы только освободил её от невыносимой боли внутри нее.
— Да, — прошипела она, запрокидывая голову назад, когда он взял ее сосок в рот и начал жадно сосать. Она никогда не ощущала ничего подобного. Даже не думала, что мужчина, сосущий ее грудь, мог доставить ей такое всепоглощающее удовольствие. В то время как он продолжал сосать, она почувствовала, как в её киске начало тихим эхом отзываться биение. Оно становилось всё сильнее и сильнее. Алекс не знала, насколько ее еще хватит.
Руки Джошуа скользнули по ее бокам, прошлись по изгибу талии и двинулись дальше, на расширяющуюся выпуклость бёдер. Затем он переместил их на перед джинсов и дернул застежку. Раздался громкий щелчок. Сжав язычок молнии пальцами, он потянул его вниз.
Алекс думала, что он коснется ее после этого, и затаила дыхание в ожидании. Но он стянул ее джинсы вниз, до колен. Когда его пальцы проследовали назад, к её талии, её бедра покрылись мурашками. Большими пальцами рук он подцепил на боках ее хлопковые трусики-бикини, но не стал стягивать их вниз, а начал поглаживать ее кожу.
— Джошуа! — В голосе прозвучало раздражение, но ей было все равно. Ей только хотелось, чтобы он облегчил боль внутри нее.
Он ещё раз пососал ее сосок и выпустил его.
— Что? — Его тон был так невероятно нежен и заботлив, что на глаза навернулись слезы.
— Сделаешь кое-что? — простонала она.
— Что-нибудь особенное? — поддразнил он. Его глаза, обычно карие, сейчас стали почти черными, наполненными вожделением, но за этим, в их глубине, она видела ласку и нежность.
— Потрогай меня!
— Где?
Она схватила его руку и засунула ее вниз, в свои трусики.
— Вот тут, — у неё перехватило дыхание, когда его палец задел ее клитор. — О, да… — простонала она, двигая своими бедрами вперед и назад таким образом, что его палец терся об её напряжённую суть.
Джошуа рассмеялся и опустился на одно колено перед ней. Уцепив ее трусики одной рукой, он стянул их вниз, на ее спущенные джинсы. Она не могла раздвинуть ноги шире из-за одежды вокруг коленей, но этого было достаточно.
Он наклонился вперед и сделал глубокий вдох, когда уткнулся носом в волосы на её лобке.
— Твой аромат опьяняет, Алекс. Словно мед со специями. И ты даже еще не полностью вошла в течку. — Она услышала удивление в его голосе.
Ей по-прежнему не нравилась сама мысль, что она может быть в течке, но на данный момент это ее не заботило. Все, что она хотела – достичь оргазма, который нарастал внутри нее. Раньше она доставляла его себе сама, но ни разу это не происходило с участием мужчины. Она знала, что это должно быть как-то иначе. Богаче. Полнее.
Алекс откинулась назад на раковину, опираясь задом о холодный фарфор. Ее пальцы впились в края для опоры, так как она раздвинула ноги так широко, как смогла.
Погрузив палец внутрь ее щелки, Джошуа тут же вытащил его и поднес к своему рту. Его язык высунулся и лизнул влагу на кончике пальца.
— Сладко. — Казалось, его глаза горели каким-то внутренним огнем. — Твоя киска такая горячая и мокрая, и все это – для меня, – правда, Алекс?
— Да... — Конечно, это было для него. Разве он видел здесь кого-нибудь еще?
Джошуа широко развел ее половые губы большими пальцами и потянулся языком к ее клитору. Алекс вскрикнула, не в состоянии удержаться. Она могла чувствовать запах своего собственного возбуждения, распространявшийся в воздухе вокруг нее, и от этого её внутренний жар усилился ещё больше. Девушка чувствовала себя чувственной и зрелой, готовой ко всему, что бы ни предстояло.
Прикосновения его языка были восхитительными, и она качнула бедрами туда-сюда, упиваясь каждым своим ощущением. Ее груди колебались при каждом движении. Кончики сосков все еще были влажными от оказанного им прежде внимания, и прохладный воздух комнаты овевал их. Ощущение холодного воздуха на сосках и тепла между ногами невероятно возбуждало. Кожу головы покалывало, весь кожный покров ощущался, будто туго натянутый на ее тело. Каждая её клеточка была в состоянии готовности и словно кричала, требуя завершения.
Джошуа переместил одну руку, скользнув ею вниз, к ее влажным, набухшим губам. Не колеблясь, он вошёл в неё двумя сильными пальцами. Едва он оказался внутри нее, как Алекс почувствовала, что мышцы внутри неё сильно сократились. Всё её тело задрожало, содрогаясь. Она оторвалась от раковины и ухватилась за Джошуа, уцепившись за него в поисках опоры. Жидкость хлынула между ее ног, и она вскрикнула от невообразимого ощущения высвобождения. Казалось, это длилось бесконечно, но девушка знала, что прошло, вероятно, меньше минуты. Когда ее ноги подкосились, он поймал ее, легко удерживая ее тело в вертикальном положении.
Ей понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Алекс чувствовала себя усталой, но в то же время странно возбужденной. Она улыбнулась ему, и он, поднявшись, запечатлел крепкий, горячий поцелуй на ее губах, прежде чем выпустить. Алекс слегка покачнулась, когда он подтянул ее трусики и джинсы обратно на место и надвинул чашечки лифчика на ее груди, застегивая его спереди.
Это всё – внезапно осознала девушка.
— А как же ты? — Ее голос был глубже, чем обычно и в нем слышалось приглашение. Она хотела видеть его эрекцию, хотела прикасаться к нему и принять его в свое тело. Как будто в знак согласия, её лоно сжалось и отпустило, заставив ее застонать.
Джошуа опустил руку и поправил спереди свои джинсы.
— Не сейчас. Если когда я и возьму тебя – это произойдёт в более безопасном месте. Мне нужны часы, чтобы трахать тебя так, как я хочу, а не какие-то несколько минут.
Алекс взяла свою трикотажную рубашку, которую он ей протянул, машинально натянула ее, просунув руки в рукава.
— Я не понимаю.
Он провел пальцами по ее волосам.
— Я знаю, Алекс. Пока все, что тебе нужно знать – что я хотел сделать это для тебя. Ты нуждалась в разрядке, она помогла бы снять эмоциональное потрясение от всего того, через что тебе пришлось пройти. — Он отступил на шаг. — Кроме того, ты еще не встретилась ни с одним из подходящих мужчин стаи Волчьей Бухты. Возможно, ты решишь, что захочешь одного из них.
Аура теплого света, которая окутывала ее, моментально рассеялась, сменившись ледяным гневом.
— Давай внесем ясность. Ты только что довёл меня до криков оргазма здесь, в общественном туалете, и ты думаешь, что я, возможно, захочу, чтобы другой парень пошел со мной в кровать? Какой женщиной ты меня считаешь? Нет, — она подняла руку, — не отвечай. Мне кажется, и так совершенно ясно, что ты обо мне думаешь. В моем районе таких женщин называют весьма нелестно. — Алекс задержала глубокий вздох и подняла свою кожаную куртку. — Впредь не делай мне никаких одолжений, хорошо?
Не давая ему времени для ответа, девушка шагнула к двери, щелкнула замком и дернула ее, открывая.
— Ты идёшь?
— Хотел бы я…, — пробормотал он едва слышно.
Единственным знаком, которым она дала знать, что услышала его – был её вздёрнутый нос. Ха. Не следовало бы ему сдерживать дыхание.
— Да, я иду. — Он выглядел так, будто у него было много чего сказать, но она не собиралась слушать.
Алекс повернулась к нему спиной и поспешила по коридору к входной двери закусочной. Она не могла поверить в то, что натворила только что. Она отдалась душой и телом человеку, который прикоснулся к ней только потому, что подумал, будто она нуждается в физической разрядке. Алекс была абсолютно подавлена и смущена, не говоря уже о том, что было невероятно больно. Девушка сморгнула, усиленно стараясь избавиться от грозящих пролиться слез. Сегодня утром она и так наплакалась более чем достаточно. Он не стоит того.
Неудивительно, что для него не имело большого значения – трахал бы он ее или нет. Он держал себя, отстранившись от обстоятельств, вообще никак не вовлечённый эмоционально в происходящее. Должно быть, она вообразила себе заботу, которую увидела в его глазах.
Отнесем это на счет его опытности и отсутствия таковой у нее. Впредь она будет держать свои гормоны и сексуальные потребности при себе. Никоим образом она не предоставит Джошуа Страйкеру другого шанса унизить ее.

Сноска
1. Все братья семейства Страйкеров названы библейскими именами.
Joshua (Джошуа или Иешуа), Isaiah (Исайя) и Micah (Михей) – первопророки, каждому из них принадлежит своя книга в Ветхом Завете.
Леви (Левий) Матфей – один из двенадцати апостолов (учеников) Иисуса Христа, персонаж Нового Завета. По традиции, считается автором Евангелия от Матфея.
Simon (Саймон или Симон) – персонаж Нового Завета, который часть крестного пути нёс Крест для распятия Иисуса Христа.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:22 #6

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 5

Джеймс переключил коробку скоростей на пониженную передачу. Его руки на рычагах действовали плавно и уверенно, когда он остановил свой спортивный ретро-автомобиль позади автобуса и грузовика, стоящих перед светофором. Он посмотрел в зеркало заднего вида, довольный, что никого не было у него на хвосте. Об Алекс он старался не думать. Ему пришлось согласиться с тем, что Джошуа будет обеспечивать ее безопасность.
Джеймс покачал головой, когда движение возобновилось. В глубине души он понимал, что их время в Чикаго становится всё короче. Как бы ни хотелось верить, что его дочь была больше человеком, чем волком – он знал, что это маловероятно. Ему не хотелось сознаваться в этом, но часть его была чрезвычайно горда и довольна, что она похожа на него. Что она оборотень.
Хотя это будет непросто для нее. У Джеймса не было никаких заблуждений на этот счет. Даже, несмотря на то, что ее разыскивают как возможную пару, он знал – многие из его вида будут смотреть свысока на его дочь, презирая её из-за испорченной крови. Низкий рык зародился в глубине его груди. Если они думают, что смогут ее обидеть каким-либо образом – их ждет огромное разочарование. Она была его дочерью, и он будет защищать ее от любых угроз.
Даже если это означало отправить ее прочь с другим волком.
Джеймс был потрясён, услышав о смерти своего старого друга и обнаружив молодого Джошуа на его месте. Да, он догадался, что Джошуа был не так уж и юн. Джеймс всегда считал, что старший брат Джошуа, Исайя, займет место своего отца, но как оказалось – младший брат взял на себя эту честь и бремя.
Его пальцы сжались вокруг руля. Джеймс не жалел о том выборе, который сделал в своё время. В результате он получил Александру, и с того дня, как она родилась, дочь стала смыслом его жизни и его радостью.
Однако он действительно сожалел о том, что его друг погиб, разыскивая его. Джеймс не представлял себе, что бы он мог сделать иначе в то время. Он был сокрушен после смерти Лиды. Он потерял всякий интерес к жизни стаи и неизбежной политике, которая сопутствовала ей. Все, что он хотел сделать – это уйти, и в одиночку зализывать свои раны при закрытых дверях. И именно это он и сделал.
Джеймс странствовал почти тридцать лет, прежде чем встретил Шарлин. Он был уже готов следовать дальше, когда она сказала ему, что беременна. У него не было никаких сомнений, что отцом был он. Пока она была с ним, она была ему верна. Он знал это как факт. Он мог бы почуять на ней запах любого другого мужчины – без разницы, как бы сильно она ни старалась это скрыть. Нет, ребенок, которого она вынашивала – был его, и с того момента его жизнь впервые за последние десятилетия обрела смысл.
Джеймс следовал по дороге к центральной части города. Ему повезло, что как раз сегодня утром он успел устранить незначительную проблему с выхлопной системой Мустанга. Подъехав к парковке рядом с офисным комплексом, он двинулся на верхний уровень и повернул на свободное место.
Выключив зажигание, Джеймс положил ключи в карман и откинулся на спинку сиденья. Было трудно поверить, что жизнь, которую он построил за прошедшие два десятилетия, в настоящее время была для него потеряна навсегда. Он знал, что не сможет оставаться здесь слишком долго, но надеялся, что у него будет чуть больше времени, чтобы уехать на собственных условиях.
Джеймс знал, что когда Алекс достигнет сексуальной зрелости, ему придется вернуться в стаю Волчьей Бухты для того, чтобы она встретилась с подходящим для спаривания самцом. Выбора не было. Самке при течке нужен самец волк, чтобы удовлетворить ее. Она могла бы иметь так много любовников, как хотела, но мужчина-человек не смог бы насытить ее сексуальный голод. Они доставили бы ей некоторое облегчение, но она всегда оставалась бы неудовлетворённой, тоскуя о большем.
Так было между ним и Шарлин. Она заполнила пустоту в его жизни, когда он в этом нуждался. Только по одной этой причине, не говоря о том, что она дала ему Алекс, – в его сердце всегда сохранится признательность к ней. Неважно, что она отказалась от дочери, чтобы вернуться к жизни, заполненной наркотиками и проституцией. У каждого имелись свои собственные демоны. Он был не в том положении, чтобы критиковать.
И потом, была ещё такая досадная мелочь, что он не постарел за это время на двадцать лет. Это не могло бы и дальше сходить с рук. Люди уже начали поговаривать. Это были пока только случайные замечания – то здесь, то там, но этого было достаточно, чтобы Джеймс понял: пришло время сниматься с места и идти дальше.
Кроме того, он позволил себе слишком привязаться к гаражу. Все его воспоминания из детства Алекс были связаны с этим местом. Ему было грустно уезжать, но он лучше, чем кто-либо знал, что жизнь продолжается. У него все еще была Алекс – и это все, что имело значение.
Джеймс вылез из автомобиля, запер дверь и зашагал прочь, не оглядываясь. Спустившись с уровня на улицу, он неторопливо вошёл в офис здания, расположенного рядом с ним.
Джеймс часто задавался вопросом: как люди могли работать в таких местах в течение целого дня, когда кто-то другой руководил ими. Он не понимал, как они это делали. Он не мог представить себе другой способ жизни, кроме как работать на себя. Но они работали за то, что хотели получить, не рассчитывая, что это будет вручено им бесплатно. Он мог уважать их за это.
Джеймс взглянул на свое отражение, когда потянул на себя большую стеклянную дверь. Потертые, запачканные маслом джинсы и футболка с разорванным спереди подолом точно не придавали его виду респектабельности. Ну что ж, он не планировал здесь задерживаться. Его сапоги не издали ни звука, когда он прогулочным шагом прошел через вестибюль к столу охраны. Чем ближе он подходил, тем более нервными становились двое мужчин, работавших за пультом компьютера. Он чувствовал запах их страха.
Достав ключи из своего кармана, Джеймс положил их на мраморную столешницу.
— Они принадлежат г-ну Ашанти, из Инвестиций Ашанти, десятый этаж. Скажите ему, что его Мустанг бегает прекрасно и что он припаркован рядом, на верхнем уровне, место восемь.
Джеймс не стал ждать ответа, повернулся и зашагал прочь.
— Эй, мистер, — крикнул один из охранников ему вслед. Джеймс проигнорировал его и ушел.
Выйдя снова на улицу, он сделал глубокий вдох, нюхая воздух. Повернув налево, он неспешно пошёл по тротуару. Утром в это время здесь было не слишком оживленно. Большинство людей были уже на работе, но все равно было еще достаточно народа, чтобы заставить его чувствовать дискомфорт. Неважно, как долго Джеймс жил в городе – он не думал, что когда-нибудь сможет привыкнуть к тому, чтобы быть окруженным таким множеством людей. Это его сильно раздражало.
Именно поэтому он и сделал такой выбор. Волкам не нравились толпы и города. Это невыносимо для их высокоразвитых чувств. Это сродни бомбардировке – видами, звуками, запахами – все двадцать четыре часа в сутки. Но здесь было безопаснее для Алекс, так что он научился контролировать свою реакцию на город, обуздывая свое неизменное желание сбежать и оставить его позади.
Ему хотелось содрать с себя одежду и позволить произойти изменению. Волку внутри него было неспокойно, он испытывал потребность в беге, диком и свободном. Последние несколько недель Джеймс ограничивал своего волка, опасаясь находиться далеко от Алекс в течение продолжительного времени.
Все эти годы он обходился, бегая в городских парках. Только иногда, выезжая за пределы города, он позволял волку взять верх и побродить ночью. Поездки один раз в месяц было достаточно, чтобы держать зверя в узде. Еле-еле. Единственная хорошая вещь, которая получалась из всей этой неразберихи – это мысль о том, что ему не придётся и дальше держать под контролем эту сторону себя.
Джеймс не спеша шёл по улице, не обращая внимания на людей, которые быстро убирались с его пути. Он обнаружил то, что искал, несколькими кварталами дальше. Распахнув дверь, вошел в небольшой эконом-магазин. Пожилая женщина с седыми волосами занимала место продавца. Джемс кивнул ей, осматривая помещение.
— Могу я помочь вам найти что-нибудь? — Ее голос был скрипучим. Слишком много лет курения, если его нос был прав.
— Футболки. — Он кивнул снова, когда она указала на стойку за спиной. Он все время поглядывал одним глазом на дверь, пока просматривал одежду на вешалке. Достав шоколадно-коричневую рубашку своего размера, вернулся в переднюю часть магазина. Остановился у другой стойки ровно настолько, чтобы быстро схватить блеклую джинсовую рубашку. Положив их обе на прилавок, Джеймс подождал, пока продавщица пробьет чек на общую сумму. Порывшись в кармане, он вытащил достаточно денег, чтобы оплатить стоимость. Вся операция заняла около двух минут, и он снова вернулся на улицу с сумкой в руке.
Джеймс возобновил свою прогулку по тротуару, идя то медленнее, то быстрее, чтобы сливаться с потоком пешеходов, движущихся вокруг него. Его глаза, не останавливаясь, сканировали всё и всегда. Улыбка тронула его губы, когда он нашел именно то, что искал.
Шагнув в оживленный ресторан, Джеймс сделал глубокий вдох. Кофе. Казалось, несколько дней прошло с тех пор, как сегодня утром он съел половину булочки. Он умирал с голоду. Однако, дело – прежде всего. Пригнув голову, он направился назад, в сторону туалета.
Зайдя внутрь, Джеймс вынул новую одежду из сумки и положил ее на край раковины. Сняв с себя разорванную рубашку и затолкав ее глубоко в мусор, он встряхнул новую футболку и натянул ее на себя. Затем сверху надел джинсовую рубашку. Потянувшись рукой за спину, достал пистолет, который был там спрятан. Проверив, вернул его на место. Металл был теплым и приятно успокаивал. Слава богу, что его оригинальные рубашки были достаточно просторны, чтобы скрыть небольшую выпуклость на спине. Джинсовая рубашка обеспечивала ещё лучшее прикрытие.
Джеймс сунул сумку в мусор и вышел из туалета. Он неторопливо прошёл обратно в обеденный зал и нашел тихий столик в углу. Едва он сел, как к нему поспешила официантка с кофейной кружкой в одной руке и меню в другой. Пока он просматривал меню, она наполнила его кружку.
Когда она ушла, Джеймс позволил себе на мгновение прикрыть глаза.

Алекс. Где же она? Он понятия не имел, где сейчас его девочка. Он мог только надеяться, что ее собственных навыков в сочетании с молодым Страйкером будет достаточно, чтобы они оба смогли выбраться из города живыми и невредимыми. Его задачей было выбраться из города незамеченным и встретиться с ними в Волчьей Бухте. Он хотел опередить их, чтобы быть рядом с Алекс, когда она встретится с остальной частью стаи.
Но сначала он должен убрать беспорядок в гараже и раздобыть какой-нибудь транспорт. Джеймс открыл меню, просмотрел его и быстро сделал свой выбор. Сначала он бы позавтракал. Следует надеяться, к тому времени их преследователи оставят район, поверив, что все они уже сбежали.
Если же кто-то из них останется, выжидая... Что ж, тем хуже для них. Сегодня с утра он не ощущал в себе снисходительности. Они должны попытать своего счастья. Джеймс почувствовал, что все его тело начинает вибрировать и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, представляя, как он надеялся, что это сойдет за улыбку, когда официантка подошла, чтобы принять его заказ.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:23 #7

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 6


Джошуа испытывал огромное желание треснуть кулаком по ближайшей стене. Он до сих пор так и не понял, с чего вдруг всё пошло наперекосяк. Ещё минуту назад Алекс была такой податливой и разгорячённой в его объятиях, запах ее освобождения наполнял его ноздри, заставляя кружиться голову, но потом она вдруг рассердилась и – если он не ошибается, – обиделась. Обычно его не трогали чувства других людей. Его положение Нападающего не позволяло подобного. Но с Алекс все было не так.
Ее плечи, когда она демонстративно шагала впереди него, напряжённо застыли. Алекс толчком открыла дверь ресторана и вышла на тротуар. Он последовал за ней, стараясь держаться ближе. То, что у них возникли какие-то противоречия, совсем не значило, что он позволит ей рисковать своей безопасностью. Они даже на секунду не должны забывать, что за ними охотятся. На первый раз им повезло. В следующий раз их преследователи наверняка будут более тщательно подготовленными.
Она даже не оглянулась назад, чтобы посмотреть – последовал ли он за ней. Его губы дрогнули, несмотря на беспокойство. Наверное, было что-то такое, на что она обратила внимание, и это вывело её из себя. Там, в туалете, ее серебристо-серые глаза практически опалили его кожу, когда она свирепо посмотрела на него. Сейчас, когда она шагала впереди него по тротуару, Джошуа любовался ее покачивающимся роскошным задом. Для него это было сущим наказанием.
Джошуа тряхнул головой, пораженный ее столь очевидным упрямством. У него не было времени разбираться, как долго она сможет идти, не признавая его присутствия. Нужно было выбираться из города.
Ускорив шаг и поравнявшись с ней, он искоса глянул на нее. Она совершенно игнорировала его, дойдя при этом даже до того, что, прикидываясь, стала проявлять чрезмерный интерес к магазинам на другой стороне улицы.
— Я знаю, что ты сердишься на меня, Алекс, но сейчас на это нет времени. — Он внимательно просмотрел пространство перед ними, затем оглянулся, выискивая любого, кто казался бы здесь не к месту. Его сверхъестественные чувства не очень-то помогали в городской толчее. Так много звуков и запахов обрушивалось на него со всех сторон, что ему было трудно выделить среди них какой-то один, особый. Тем не менее, он старался. Безопасность Алекс могла бы зависеть от этого маленького преимущества.
– Ты даже представить себе не можешь, как, – пробормотала она, ускоряя шаг. Люди поспешно убирались с ее пути, в то время как её длинные ноги продолжали быстро двигаться по тротуару.
Джошуа позволил Алекс пройти так два квартала и, в конце концов, устал терпеть ее пренебрежение. Обхватив рукой её предплечье, он потянул ее в узкий проулок между двумя зданиями. Его чувства сказали ему, что проулок был пуст, если не считать в дальнем конце мусорного контейнера, в котором копошились несколько крыс.
Алекс впилась в него взглядом, пытаясь высвободить руку из его хватки. Его пальцы напряглись. Он не отпустит ее, пока она его не выслушает.
— О, ну конечно. Если ты не можешь добиться своего по-хорошему, ты будешь тащить меня насильно.
Она упиралась изо всех сил, пока он практически волоком протащил ее до середины переулка. Куртка выпала у нее из рук, когда она поднырнула под его руку и выкрутилась так, что он был вынужден либо освободить ее, либо подвергнуться риску причинить ей боль.
Ворча, он отпустил ее руку и в отчаянии запустил пальцы себе в волосы.
— Что ты хочешь от меня? Что бы я ни сделал, у меня не было намерения рассердить или обидеть тебя. — Город все еще двигался вокруг них, каждый шел по своим делам. Вдалеке слышались звуки автомобильных клаксонов и невнятный шум толпы. Но здесь, в переулке, их было только двое.
— И это делает всё ещё хуже. — Скрестив руки на груди, она потерла место, где он схватил ее. — Разумеется, ведь это вообще для тебя ничего не значит.
Ничего не значит для него! Ничего не значит для него! Могла ли она хотя бы представить себе, как трудно ему было допустить даже мысль, что она встретится с другими мужчинами-претендентами из стаи? Когда каждый инстинкт, которым он обладал, кричал в нем, требуя раздеть ее догола, овладеть ею сзади и пометить как свою?
Его Женщина. Его Пара.
— Может, и правда, я встречусь с теми другими мужчинами и выберу кого-нибудь еще, — пробормотала Алекс, отворачиваясь него.
Это стало последней каплей.
Внезапно набросившись, Джошуа схватил ее за плечи и рывком повернул к себе. Все, что она хотела сказать, замерло у нее на губах, так как она хорошо поняла выражение его лица. Он двинулся вперед, прижимая ее к бетонной стене. Захватив ее руки одной своей, он поднял их над ее головой. Девушка начала вырываться, тогда он придвинулся своим большим телом вплотную к ней, используя свой немалый вес, чтобы удержать её.
— Не смей говорить, что это ничего для меня не значит. — Его голос был низким и гортанным, смесь гнева и возбуждения. — То, что ты мне дала – было подарком. Смотреть, как ты испытываешь оргазм, чувствовать сладкий запах твоей влаги, видеть экстаз на твоем лице… – этот подарок бесценен. Не смей говорить, что это ничего не значит.
Алекс медленно моргнула, ее длинные коричневые ресницы веером легли на щеки, скрыв ее глаза на долю мгновения. Проклятье, она была прекрасна, со своей бледной и гладкой кожей. Джошуа поднял свободную руку и мягко провёл кончиками пальцев по ее щеке. Казалось, цвет ее глаз стал глубже. Эти глаза очаровывали его. Они были настолько выразительны, настолько живы...
— Я не понимаю. — Она перестала с ним бороться, глядя на него в замешательстве.
— Я знаю, Алекс. Я знаю, что все это для тебя в новинку. Что ты не понимаешь наших обычаев. — Джошуа наклонил к ней голову, их лбы соприкоснулись. — Прежде всего: моя работа состоит в том, чтобы защищать тебя. Нет ничего другого, что являлось бы более важным, чем это. Я не могу ослабить свою бдительность, если не могу быть уверен, что мы в безопасности. Допустить что-либо иное – было бы нарушением долга. Я дал клятву своему альфе, что доставлю тебя невредимой. Что-либо меньшее неприемлемо. — Он сделал паузу и поднял голову. — Кроме того, я обещал позаботиться о тебе и твоему отцу. Я не думаю, что было бы разумным нарушить обещание, данное Джеймсу ЛеВо. Он может быть как верным другом, так и беспощадным врагом.
Алекс издала негромкий звук, соглашаясь, но ничего не сказала. Полушария ее грудей прижимались к его груди, и он мог чувствовать их упругие выпуклости через оба слоя своей одежды. Она слегка переместилась, ее бедра потерлись об него. Его древко тут же увеличилось, и он качнулся к ней, прижимая свой таз к ее бедрам.
— Смотри, вот об этом я говорю тебе, Алекс. Все, что мне требуется – это прикоснуться к тебе. Почувствовать твой запах. Черт возьми, да мне достаточно увидеть тебя – и я готов. Но здесь это не безопасно. И нечестно по отношению к тебе.
Джошуа сделал длинный, глубокий выдох. И внутренне взмолился, чтобы то, что он собирался ей сказать, не заставило ее снова выйти из себя и рассердиться на него. Ему нравилось, когда она была такой – нежной и податливой, пытающейся, покачивая бёдрами, прижаться к нему ещё теснее.
Он старался не придавать слишком большого значения ее действиям, зная, что это может быть всего лишь потоком незнакомых ей гормонов, захлестнувших ее тело, в сочетании с выбросом адреналина, вызванным опасностью и их близостью. Алекс понятия не имела, насколько мощными были эти гормоны и инстинкты. Но он-то знал, что прямо сейчас они побуждали ее спариться с мужчиной ее вида и, на данный момент, он был единственным доступным.
— Алекс, — начал он, стараясь смягчить свой голос. — Ты испытываешь эмоции и потребности, которых никогда не чувствовала прежде, но, к сожалению, у тебя нет лишнего времени, чтобы научиться разбираться в них. Я не хочу, чтобы ты в конечном итоге сделала то, о чем в будущем, возможно, пожалеешь.
Не говоря уж о том, что переулок, где кто угодно может в любую секунду пройти мимо, – не то место, чтобы заниматься этим. И туалет был достаточно плох.
Джошуа проглотил стон, когда она потерлась своим холмиком о переднюю часть его джинсов. Даже сквозь толстую ткань он почувствовал ее жар. Он попытался вспомнить, о чем только что говорил. Порывшись в мыслях, отыскал потерянную нить разговора.
— Ты, может быть, почувствуешь себя иначе, когда встретишься с некоторыми из других мужчин. — Последнее вырвалось у него с рычанием. Когда он представил, как другой самец касается её, чувствует её жар, ему захотелось наброситься на нее. Но он должен быть честным с ней. Он – жестокий, бесчувственный ублюдок. Санкционированный убийца. Она заслуживает лучшего.
— А тебе не нравится эта идея вообще, не так ли? — Она провела языком по своей нижней губе, дразня его.
— Черт возьми, – нет, мне это не нравится. Но это то, что я должен делать. Это справедливо по отношению к тебе и справедливо по отношению к другим одиноким самцам стаи. — Джошуа даже не упомянул о том, что если бы он утвердил свое право на нее до того, как привёл в стаю Волчьей Бухты, ему пришлось бы сражаться, чтобы отстоять его.
Поднявшись на цыпочки, она поцеловала его в подбородок. Ее губы были мягкими, и он знал, как чертовски хороши они на вкус. Он слегка наклонил свою голову, и она, воспользовавшись этим, слилась с ним в поцелуе.

…Кто же знал? Алекс потрясло признание Джошуа. Она не думала, что он представляет себе, как много только что раскрыл перед ней. Или может быть, сделал. Он отказался от нее, но не потому что не хочет ее, а потому что благороден и честен.
Она никогда не встречала другого мужчину, который был бы способен отвернуться от женщины, предложившей секс, просто из чувства долга. Большинство мужчин взяли бы то, что было предложено, а затем сбежали. Но не Джошуа. И Алекс подозревала, что такое поведение вовсе не является обязательным в кодексе оборотней. Но она чувствовала, что это было сущностью мужчины, стоящего перед ней.
От этого она хотела его еще больше.
Глубоко в своем сердце Алекс сознавала, что не имеет значения, сколько других мужчин она встретит. Она никогда не встретит никого другого, кого захотела бы так, как Джошуа Страйкера. Было в нем что-то такое, что привлекало ее и заставляло хотеть быть с ним. Только с ним.
Это могло бы показаться банальным, но ей хотелось быть той единственной, к кому он пришел бы за утешением в конце длинного, тяжёлого рабочего дня. У нее не было никаких заблуждений по поводу того, чем он вынужден был заниматься, исходя из его положения в стае. Алекс хотела иметь возможность разделить с ним его тяготы, сделать их легче.
Но она понимала, что сейчас он ещё не готов был услышать это, что не сможет этого принять, независимо от того, что бы она ни сделала.
Он сразу же объяснил бы это действием гормонов или адреналина, или ещё какой-нибудь глупостью. Алекс знала лучше. Она всегда понимала саму себя и прямо сейчас ее сердце и разум кричали, что он принадлежит ей.
Ярость в его голосе, с которой он говорил о ее встрече с другими мужчинами, на самом деле успокоила ее. Теперь, когда она знала, что он так захвачен эмоциями, так сильно оберегает её, весь ее предыдущий гнев бесследно растаял.
В некотором смысле, это было даже мило. Он доставил ей огромное удовольствие, но сам при этом не получил ничего, потому что таким образом он ограждал её от себя и от её собственных бушующих гормонов. И так как он пообещал защищать ее – он будет делать это всеми возможными способами, даже если это означало оберегать ее от самого себя.
Ей только нужно как-то иначе довести это до его сознания. И она уже сделала хорошее начало. Когда она коснулась губами его губ, он ответил немедленно.
Алекс наслаждалась низким стоном, исторгшимся из глубины его груди, когда она скользнула своим языком ему в рот. Его таз жёстко давил на её бёдра, член плотно прижался к ее лону. Ее груди болели, соски набухли. О, Боже, Алекс не могла поверить, что она настолько горяча и снова в полной готовности для достижения оргазма. Логически она понимала, что частично это было вызвано гормонами, но она знала точно, что не меньшее, а может и большее отношение к этому имеет мужчина, находящийся перед ней.
Джошуа удерживал ее руки высоко над головой, прижимая их одной рукой к грубой бетонной стене. Его сила восхищала её. Это тоже было полным поворотом в её восприятии, неожиданно удивившим её. Она никогда не принадлежала к типу женщин, которых впечатляли мощные мускулы. Сама она уж точно была не из слабых, и, собственно, любому парню было бы трудно преодолеть планку, заданную её отцом. Но Джошуа буквально источал могучую силу, даже когда он был неподвижен. Это невероятно возбуждало.
Их языки сплелись. Это был медленный, неторопливый танец, который заставил все ее тело вибрировать от удовольствия. Мужчина, несомненно, знал толк в поцелуях. Он, не торопясь, будто ему больше нечего было делать, кроме как потратить весь день только на то, чтобы целовать ее, слегка повернул голову, делая свой натиск ещё глубже.
Собственно говоря, если вдуматься – Алекс, в общем-то, и не возражала бы против этого. Она, наверное, могла бы кончить с ним, не делая больше ничего – только касаясь его рта своим, его языка своим. Ее чрево запульсировало, и девушка почувствовала, как излилась в свои трусики. Снова.
Джошуа откинулся назад, ещё более сильными толчками устремляясь бедрами к ней. Они оба застонали, и он глухо рассмеялся.
— Видишь, что я имел в виду? Для меня слишком опасно прикасаться к тебе, Алекс. — Его пальцы ласково обвились вокруг её запястий, прежде чем он неохотно отпустил ее.
Она опустила руки, легким касанием проведя ими по его плечам, и ощутила его напряжённость, когда погладила сзади его шею.
— Ты ведь живешь опасностью, — поддразнила она.
— Ах, Алекс. Ну что мне делать с тобой?
Его глаза были настолько темными и мягкими, что казались бархатисто-влажными. Глаза обрамляли длинные и густые ресницы. Возможно, у любого другого мужчины они выглядели бы по-женски. У Джошуа они лишь подчеркивали его мужественность, делая резкие черты его лица еще более отчётливыми.
Алекс могла бы потеряться в этих глазах. И ещё она подумала, что ей очень хотелось бы, чтобы он кое-что сделал для неё, но она знала – сейчас не время. Уже сейчас она чувствовала, как он отдаляется от нее. Понемногу она начинала понимать, что скрывается у этого человека под суровой внешностью, что управляет им, что мотивирует его поступки. Даже то, что он расстроил ее, сделало его еще более желанным. Девушка не только поняла его, но её восхитила его приверженностью долгу, преданностью стае.
Джошуа отступил назад, вся мягкость постепенно исчезла из выражения его лица, возвращая обычное суровое очертание.
— Мы должны двигаться дальше. У нас меньше двух дней, чтобы встретиться с твоим отцом в Волчьей Бухте и нам, вероятно, будет дорога каждая минута этого времени.
Так много произошло сегодня утром. Было так легко захотеть всего лишь раствориться в Джошуа, забыв об опасностях, окружающих их, об опасностях, окружающих ее отца. Но это не принесло бы ничего хорошего ни одному из них.
Впредь она должна сосредоточиться на их дальнейшем продвижении вперед, делая всё от неё зависящее, что могло бы помочь им добраться до места назначения живыми, в целости и сохранности. Как только они доберутся туда, положение кардинально изменится. А тем временем, она могла бы использовать возможность узнать все, что можно о Джошуа, его семье и стае Волчьей Бухты.
Ее желудок скрутило. Она все еще была не вполне готова согласиться с тем, что она оборотень. Было легко принять это в Джошуа, так как она никогда не представляла его себе кем-нибудь другим. Однако было трудно уложить в голове сознание того, что не только ее отец был одним из них, но и она тоже. Хотя вернее, она – полукровка.
Джошуа наблюдал за ней, определяя ее реакцию. Она расправила плечи и натянуто улыбнулась. Только что её действительность снова рухнула от тяжелого удара. Настало время идти.
— Я готова.
Джошуа колебался, как если бы хотел сказать что-то ещё. Алекс ждала, но он больше ничего не сказал, просто продолжал изучать ее лицо. Ей было не ясно, что он хотел обнаружить в нём, или, может, уже обнаружил, – когда он, наконец, отвернулся и бросил взгляд в направлении верхней части переулка.
— У меня есть автомобиль, спрятанный на краю города. Все, что нам нужно сделать – это добраться туда первыми, не обнаружив себя.
— Хорошо. — Алекс поправила свои волосы, одернула трикотажную рубашку, затем наклонилась и подхватила с земли кожаную куртку. К счастью, она не упала на какую-нибудь мерзость, и девушка лишь стряхнула приставшую землю, перед тем как перекинуть ее через плечо. И только теперь она начала замечать сомнительные запахи, которые витали в переулке. Алекс сморщила нос, стараясь не дышать слишком глубоко.
Джошуа все еще наблюдал за ней, как будто был не вполне уверен в ее настроении.
Ему придётся смириться с этим. Она не могла точно объяснить ему это, поскольку до некоторой степени не была уверена во всём, что чувствовала в данный момент. У них будет время поговорить об этом позже. Когда-то им ведь придется остановиться и передохнуть.
— Держись ближе, — приказал он, когда повел ее за собой обратно к началу переулка. Кинув быстрый взгляд в обоих направлениях, он свернул, выйдя из аллеи, и пошёл вдоль тротуара.
Алекс держалась почти вплотную за ним, прилагая все усилия, чтобы попытаться слиться с массой людей, которые сновали вокруг них. Впервые с тех пор как они оставили ресторан, она почувствовала себя уязвимой и взвинченной. До нее начала доходить реальность ситуации.
Оборотни, которые рыщут по городу в ее поисках. Если они найдут Алекс, они убьют Джошуа и похитят ее, возможно даже убьют. Как сказал отец – не все были очарованы метисами, подобными ей. Испорченная кровь – так он это назвал.
Алекс пыталась прикинуть, где сейчас мог быть ее отец, молясь про себя, чтобы он был в безопасности. Она проглотила вставший поперёк горла комок. Он ждёт от неё, что его дочь сделает все, что бы от неё ни потребовалось, чтобы выжить и достичь Волчьей Бухты. Девушка верила, что он будет ждать ее там.
Она не могла даже допустить существование мира, в котором Джеймса Райли не будет с ней рядом. Или Джеймса ЛеВо? Джошуа уже дважды называл ее отца этим именем. Ей надо было бы спросить его об этом. Независимо от имени, он был ее отцом, и она никогда не знала более надежного и знающего человека, чем он. У него все будет хорошо и у нее тоже. У них всё должно получиться.
Сильные пальцы переплелись с ее, заставив подскочить. Она так задумалась, что совсем забыла о необходимости следить за окружающей обстановкой. Это было опасно, не говоря уж о том, что это было глупо.
— Все будет хорошо. — Говоря это, Джошуа не смотрел на нее, продолжая уверенно двигаться вперёд вместе с редеющей толпой.
— Я знаю. — Она зашагала рядом с ним, решительно блокируя все мысли, сомнения и вопросы. Выживание было важнее.
Все остальное может подождать.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:23 #8

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 7


Сразу же, как только двери вагона надземки открылись, Джошуа потянул Алекс прочь, попутчики поспешно расступались перед ними. Горожане были отнюдь не глупы, когда дело доходило до определения потенциальной опасности. Это стало их натурой, частью их городских навыков выживания, которые они постоянно совершенствовали – для того, чтобы нормально жить в городе. Он был высок и силён, но помимо того, в нём имелось нечто большее. Его волк двигался слишком близко к поверхности его обличья, создавая вокруг него угрожающую ауру.
Люди, может, и не нуждаются в своих врождённых инстинктах, предназначенных для охоты и выживания в дикой природе, но эти инстинкты всё равно присутствуют в них, существуя под тонким слоем цивилизации. Окружающие, возможно, не могли выразить это словами, но подсознательно они ощущали это и признавали его тем, кем он и был – хищником.
Они потратили большую часть дня, чтобы достичь окраины города. Им с трудом удалось избежать обнаружения двумя разными группами бродячих оборотней. Джошуа понятия не имел, из каких стай они были, за исключением того, что они были не из стаи Волчьей Бухты.
Как раз, когда они приблизились к железнодорожной станции, Джошуа уловил запах одной такой группы. Они вскочили на Красную Линию, слившись с массой людей, чтобы избежать обнаружения, и в результате оказались на противоположной стороне города. Они погуляли некоторое время, снова сели в надземку, а потом сменили несколько автобусов. Джошуа нарочно вёл их по кругу, выбирая окольные пути, чтобы добраться до автомобиля, оставленного им на парковке крупного оптового магазина.
Он полагал, что там будет меньше шансов, что кто-нибудь обратит на машину внимание в течение некоторого времени, а если и обратит, то, скорее всего, посчитает, что она принадлежит одному из сотрудников. К тому же, учитывая, что легковушки и грузовики прибывали и уезжали с утра до вечера, было меньше вероятности, что что-либо случится с автомобилем. С тех пор, как он прибыл в Чикаго два дня назад, он перемещал его уже несколько раз, находя по городу подобные места, на которых можно было припарковаться, избегнув обнаружения. Безопасность стоила того.
Алекс почти не разговаривала, и он тоже. Сейчас, прокладывая свой путь по городским улицам, оба насторожённо следили за своим окружением. Примерно пополудни они остановились в маленьком гастрономе и взяли несколько бутербродов, чтобы поесть на ходу, так как, помимо всего прочего, они были на ногах с раннего утра. Джошуа было неспокойно, хотелось уйти из города, вернуться в лес, – туда, где была возможность существования и для человека, и для волка.
— Почти пришли.
Джошуа бросил быстрый взгляд на Алекс, и она кивнула. Она держалась замечательно, учитывая, через что ей пришлось пройти. Он был поражен ее стойкостью и способностью справляться с суровыми обстоятельствами. Его сердце болезненно сжималось, когда он смотрел, как она упрямо ставит одну ногу перед другой и продолжает идти. Было нелегко топать целый день по всему городу, высматривая волков из других стай. Даже он чувствовал себя на пределе. Джошуа даже представить себе не мог, как в таком случае чувствует себя она.
— Алекс… — Он не был уверен, что знает, о чём собирался ей сказать. Он гордился ею. Гордился тем, как сегодня она самостоятельно справлялась с любой ситуацией, которая вставала на их пути. Но Джошуа сомневался, что ее волнует, о чём он думает. Что ей до этого?
— Что такое? — Она остановилась, её глаза метнулись вверх и вниз по улице, проверяя наличие опасности.
— Ничего. — Теперь, когда он подумал об этом, казалось довольно глупым говорить ей что-то подобное. Пусть всё идет, как идёт.
— Автомобиль там, выше по дороге, — показал Джошуа. — На стоянке продовольственного магазина.
Оттуда, где они находились, был виден лишь край парковки.
— Замечательно. — Алекс вздохнула и возобновила движение.
Джошуа присмотрелся к ней внимательнее и заметил утомление на ее лице и пот на лбу. Она устала и расстроена, но ни разу не пожаловалась.
Протянув руку, он коснулся её плеча.
— Сначала я должен разведать участок. Просто, чтобы убедиться, что он безопасен.
Джошуа осмотрелся вокруг и обратил внимание на прикрытый навесом дверной проем заброшенного здания. Если бы она отступила в тень, ей бы удалось довольно хорошо укрыться от чужих глаз.
— Сюда. — Джошуа направил ее к двери. — Постарайся делать вид, что кого-то ждешь. Будь начеку! Если по какой-то причине ты начнешь нервничать, или подумаешь, что кто-то наблюдает за тобой – зайди вон в ту закусочную. — Он показал ей то, что имел ввиду. — Если тебя не будет здесь, когда я вернусь, я пойду искать тебя туда.
— Я хочу пойти с тобой. — Положив руки на бедра и поджав губы, Алекс решительно уставилась на него.
— Безопаснее, если я буду один. Помни, они будут высматривать пару, а не одиночку.
Джошуа не хотел говорить ей, что она тоже представляла опасность для него. Здесь было не так уж много людей и запахов, чтобы замаскировать ее запах, и любой мужчина-волк, находящийся от неё в радиусе пятнадцати футов, сразу же учуял бы ее. Запах женщины-оборотня, вступающей в период течки, безусловно, был не тем, что пропустил бы любой из них. Не говоря уже о том, что ему совсем не хотелось убивать кого-нибудь прямо у неё на глазах без крайней необходимости. Джошуа подождал и дал ей время обдумать это, сознавая, что у него будет меньше хлопот, если Алекс согласится, и ему не придётся принуждать её.
— Ладно, — согласилась она. — В этом есть смысл. Но это не означает, что это должно мне нравиться, — добавила она.
Джошуа почувствовал, как помимо воли дернулись в усмешке уголки его рта. Что и требовалось доказать.
Он подождал, пока она надёжно укрылась в дверном проеме, затем размашистым шагом устремился в сторону дороги. Неровный по краям асфальт, покрывающий тротуар, был изъеден трещинами и выбоинами. Повернув направо, Джошуа проследовал вдоль стены здания и вышел с тыльной стороны. Сейчас все его чувства были полностью насторожены, пытаясь обнаружить хоть какой-нибудь вид, звук или запах, которые могли бы предупредить его о возможной опасности. Его глаза находились в постоянном движении, изучая места, где кто-нибудь мог бы укрыться. Его пристальный взгляд прошелся, сканируя, по крышам зданий, в то время как он обходил их с задней стороны.
Джошуа не заметил ничего особенного, но его волк говорил ему другое. Его загривок зудел, как будто кто-то следил за ним. Джошуа устроился в тени большого автофургона и стал ждать. Сумерки быстро опускались на город, и он надеялся, что всё благополучно разрешится сейчас, до наступления темноты.
Ночное путешествие было опасным предприятием. Движение на дороге ослабевало, делая их более достижимой целью, так как у оборотней была вся информация о том, куда они направляются. Но автомобиль обладал некоторым встроенным оборудованием системы безопасности и имел тайник с оружием. Он не хотел рисковать, если ситуация не станет критической.
Джошуа низко пригнулся и стремглав проскочил позади мусорного контейнера. И опять: – ждал. Наблюдал. Вслушивался. Воздух был неподвижен, наполненный смрадом города: запахами людей, мусора, растопленного жира от нескольких ресторанов, расположенных вдоль этой полосы дороги. Все это мешало ему уловить запах кого-нибудь из волков.
Медленно, шаг за шагом, он передвигался от укрытия к укрытию, пока не оказался прямо напротив продовольственного магазина. На стоянке он мог видеть пыльный, помятый автомобиль. Он был невзрачным, но главным было то, что находилось под капотом машины. Внешность могла быть обманчивой, и не только в автомобиле. Было слишком спокойно. Джошуа не доверял этому.
Его взгляд уловил едва заметное движение, и он прищурился, чтобы сфокусировать зрение. Там. Напротив его автомобиля стояла машина, в которой сидел какой-то мужчина. Может быть, он всего лишь дожидался кого-то, кто должен был выйти из оптовика. А может быть, нет. Джошуа продолжил поиск.
Блик света на крыше рядом с ним привлёк его внимание. Если бы он не посмотрел туда именно в ту секунду, он бы пропустил это. Может быть, ничего. А может быть, чья-то винтовка.
Может, у него паранойя, но он не думал, что это так. Его чувства кричали в нем, а он доверял им всегда. Волк внутри него мог ощутить гораздо больше, чем мог бы он, будучи в человеческой форме. Так что стоило прислушаться.
Джошуа посмотрел на здание около него. По его боковой стороне шла лестница пожарного выхода, которая заканчивалась около восьми футов над землёй. Ему очень не хотелось обнаруживать себя подобным образом, но у него не было выбора. Он должен был проверить крышу. Кроме того, поднявшись наверх, он получил бы хорошую точку обзора, позволяющую ему увидеть весь район с высоты птичьего полета.
Высокие армейские ботинки Джошуа не издали ни звука, когда он крался по участку, засыпанному гравием. Усталость нахлынула на него, но он стряхнул ее. Он таскался по этому городу, по меньшей мере, уже сорок восемь часов, имея всего лишь пару часов сна. К тому же, он был голоден. С того времени, когда он съел бутерброд вместо обеда, прошло несколько часов, а его метаболизм был быстрее, чем у обычного человека. Его организму нужно гораздо больше калорий, чтобы нормально функционировать.
Игнорируя усталость и голод, Джошуа согнул ноги в коленях, подпрыгнул и ухватился за нижнюю ступеньку лестницы. Мышцы его рук округлились и напряглись, когда он подтянулся и забросил ногу на металлическую перекладину. Беззвучно, он добрался до верхней ступеньки. Джошуа вгляделся поверх лестницы и застыл. Там, на дальней стороне крыши, находился мужчина с мощной винтовкой, наблюдающий за дорогой.
Незнакомец приложил руку к своему уху – туда, где был расположен маленький наушник.
— Что?
Джошуа закрыл глаза и сосредоточился, настраивая свой острый слух, чтобы расслышать голос на другом конце устройства радиосвязи. К счастью, посторонних звуков здесь было не слишком много. Если бы он не был так близко, он ни за что не смог бы этого сделать.
— До сих пор никаких их признаков?
— Ничего. Ты уверен, что мы находимся в правильном месте? — спросил мужчина и потёр рукой лоб.
Джошуа понюхал ветер и замер. Что заставило мужчину-человека держать под наблюдением их автомобиль?
— Наш осведомитель сообщил, что один из тех ублюдков оборотней похитил женщину и собирается привезти ее сюда. Плохо уже то, что этим мутантам разрешают жить. Мы не можем позволить им ещё и наших женщин хватать, — ответил бестелесный голос, заканчивая.
Дерьмо! Охотники за головами. Это была группа, которая специализировалась на поимке и уничтожении паранормальных видов. Хотя большая часть населения даже не знала, что в природе имеются подобные существа, однако были и те, кто не только знал, но и яростно ненавидел их. Эти люди свято верили, что паранормальные существа хороши только мертвыми. Как результат, команды охотников за головами образовались по всему миру, каждая группа специализировалась на ликвидации конкретного паранормального вида. Очевидно, эти были охотниками на оборотней.
Желание стремглав ринуться на крышу, наброситься на этого человека и сломать ему шею, огнём ожгло его нутро. Эти охотники были ответственны за смерть его единственной сестры и многих из его друзей на протяжении лет. Они обычно охотились на младшее поколение вида. Но неоднократно случалось, что они резали как скотину недавно трансформировавшихся взрослых особей, а потом сдирали с них кожу и носили меховые шкуры, как своего рода зловещие трофеи войны.
Он убил свою долю охотников за прошедшее время, особенно после того, как исчезла его младшая сестра годы тому назад. Они так и не нашли ее тела, но он учуял гадкий запах охотника в том районе, где она исчезла. Он искал, как ополоумевший, много лет, но так и не нашел человека, который убил ее.
Это случилось почти тридцать пять лет назад. Теперь, вероятно, само время уже позаботилось об охотнике, но жажда мести никогда не умирала внутри Джошуа. И это было ещё одной из причин, по которым он принял должность своего отца в стае, когда тот был убит. Неослабевающая потребность защитить свой народ от зла правила им всегда. И эта потребность защитить заставила его сейчас отступиться от охотника.
Алекс была там, внизу, и она была предоставлена самой себе.
Джошуа медленно спускался вниз по лестнице. По вискам градом катился пот. Было ли все в порядке с Алекс или они нашли ее? Так быстро, как только мог, он проделал обратный путь позади здания. Их автомобиль был под наблюдением. В данный момент он не был уверен, – были ли это одни только охотники или здесь были также и члены различных стай оборотней.
Очевидно, некоторые из этих ублюдков оказались достаточно умны, чтобы провести охотников, рассчитывая, что те невольно помогут им в их попытке устранить его. Не то, чтобы это имело значение. Не было никакого способа даже попытаться добежать до автомобиля, не рискуя безопасностью Алекс. Кроме того, весьма вероятно, что они, так или иначе, сумеют каким-либо образом блокировать его.
Бесшумно проскользнув вдоль стены здания, он выглянул из-за угла. Дверной проем, где он ее оставил, был пуст. Его сердце остановилось, время замедлилось. Хищник в нем медленно выдвинулся на передний план, пульсируя прямо под кожей, требуя, чтобы его выпустили. Кожу головы покалывало, мышцы напружинились. Ему пришлось напрячь всё своё железное самообладание, чтобы не позволить себе перейти в форму волка, но он задействовал все до единого аспекты своего зверя. Если им удалось схватить ее, он убил бы их всех – как охотников, так и волков.
Послонявшись вдоль дороги, чтобы не привлекать к себе внимание, Джошуа направился к ресторанчику, но не вошел. Вместо этого, он встал сбоку у окна, вглядываясь внутрь. Оно было не таким уж и большим, но он мог видеть каждый стол и кабинку.
Алекс там не было, но был другой волк. Джошуа признал ублюдка, узнав в нем одного из тех мужчин, которые ворвались в их квартиру сегодня утром. Он втянул в себя воздух, но не смог уловить запах Алекс. Слишком уж много запахов исходило из открытой двери ресторана, создавая помехи его чутью и маскируя отдельные ароматы.
Его глаза сузились, когда он повернулся, оглядывая улицу. Где же она? Джошуа вернулся к дверному проему, где он спрятал Алекс и понюхал. Там! Сладкий аромат девушки заполнил его ноздри. Он сделал шаг в одном направлении, остановился и понюхал. Ничего. Шагнув обратно к дверному проему, он ступил в другом направлении. Ничего. Он делал так несколько раз, прежде чем почуял едва уловимый аромат Алекс. Сохраняя все свои чувства в состоянии боевой готовности, Джошуа двинулся в этом направлении.
След привел его к заброшенному зданию, которое было заколочено. Он медленно обошел его, время от времени останавливаясь, прислушиваясь и принюхиваясь. Обойдя здание с обратной стороны, Джошуа уловил лёгкий запах Алекс, и пошёл на него. Но, не сделав и дюжины шагов, притормозил. Его инстинкты требовали, чтобы он остановился.
Круто развернувшись, он подкрался обратно к зданию, и снова двинулся вокруг него, пока не нашел то что искал. В одном из забитых окон несколько досок были оторваны. Отверстие было очень узким, чтобы протиснуться, но он мог бы это сделать.
Джошуа присел около окна и подождал несколько минут. Изнутри не доносилось ни звука. Просунув свою длинную ногу в отверстие, он ухватился за грубые края оконной рамы и, пригнув голову и изогнувшись, скользнул через брешь.
Алекс. Ее запах нахлынул на его, перекрываемый чувством опасности, едва он заслышал, как что-то со свистом приближается к его голове. Он перекатился вперед, одновременно вытаскивая из отверстия свою другую ногу. Вскочив на ноги, он развернулся и зарычал, готовый защитить Алекс от кого бы то ни было, кто её захватил.
Алекс стояла не более в пяти футах от него, бледная как привидение, сжимая в руках длинную толстую палку.
— О, Боже. Прости. Я не знала, что это ты. — Ее пальцы явственно дрожали, но всё равно она крепко держала свое импровизированное оружие. – Я не хотела использовать пистолет. Я боялась, что это привлечет внимание. И потом, – что если бы это оказался всего лишь бродяга или кто-нибудь вроде того? Я – не убийца.
Она говорила без остановок, очевидно, под воздействием шока.
— Ты что, – не мог назваться или что-нибудь крикнуть? — Её голос становился всё более резким, гнев вернул румянец на ее лицо. Джошуа наблюдал за ней, очарованный тем, как быстро менялось ее настроение.
— Право, было бы поделом тебе, если бы я треснула по твоему толстому черепу.
Он не препятствовал ее красноречию, пока она не выдохлась, а затем просто открыл ей свои объятия. Девушка сердито посмотрела на него и ее подбородок слегка дрогнул.
— Я могла убить тебя. — Прежде, чем он успел ответить, она бросилась к нему в руки. Джошуа сомкнул их вокруг неё, ему было необходимо почувствовать ее рядом со своим сердцем, чтобы увериться, что она в безопасности.
— Я в порядке. Все хорошо, — тихонько приговаривал он, обнимая ее и покачивая в своих объятиях. Джошуа поцеловал ее в макушку, в данный момент довольный даже тем, что просто стоит здесь рядом с ней.
Алекс откинулась назад, и он увидел суровую решимость, отпечатавшуюся на ее лице. Он снова поразился, насколько сильной она была, как способна была справляться с любой ситуацией, в которую попадала. Он знал немного людей, будь то оборотень или человек, кто осмелился бы напасть на него, не имея в руках ничего, кроме обломка палки. Она была той ещё штучкой!
— Что произошло? — Как бы ни хотелось ему и дальше держать ее в своих объятиях, но им нужно было выбираться отсюда. Но сначала ему необходимо было точно узнать, что она видела.
— Я увидела одного из них. Одного из тех парней, что были в гараже сегодня утром. — Ее серые глаза сузились. — Он был с другим мужчиной. Я не знаю, был ли он оборотнем или человеком.
Джошуа кивнул.
— Я видел его в закусочной, в которую велел тебе пойти до этого. Он был один.
— Заметив его, я сразу же поспешила убраться оттуда и нашла ту самую дыру, что и ты потом. Я не могла видеть, что происходит снаружи. Все, что я могла делать – это ждать. Я полагала, что если бы ты не вернулся, мне пришлось бы отправиться обратно к гаражу и поискать какой-нибудь транспорт в нашем квартале.
От мысли, что Алекс бегает по ночному городу в одиночестве, кровь в его жилах застыла. Оборотни были не единственными хищниками на улицах города после захода солнца.
Алекс хмуро глянула на него.
— Я знаю, что ты об этом думаешь, но это правильно, черт побери, поскольку оставаться здесь было бы не безопасно.
В этом отношении она была права.
— Да, ты права. — Ему могло не нравиться всё это, но она была абсолютно права. Для неё это было бы самым лучшим выходом из положения. Находясь в своём квартале, она знала бы, кому может доверять, а кому нет. Проведя пальцами по своим волосам, он вздохнул. — Мы не можем здесь больше оставаться.
Что-то в его тоне встревожило ее. Алекс медленно выпрямилась, выпавшая из ее руки палка тяжело ударилась об пол. Взметнулась пыль, но она не обратила на это внимания.
— Что случилось? Что ты видел?
— Они призвали охотников, чтобы те помогали им. — Он и сейчас чувствовал отвращение от того, что его сородичи-волки пали так низко, что связались с ненавистными охотниками.
— Охотники?
Джошуа забыл на мгновение, что она действительно понятия не имела о том, какова на самом деле жизнь оборотней, ее народа. Алекс, как и большинство людей, и представления не имела о той тайной войне, которая бушевала вокруг них между паранормальными существами и охотниками за головами.
Схватки происходили в основном в пустынных, заброшенных частях городов или в более отдалённых глухих городках и окружающих их лесах. Паранормальные существа не хотели, чтобы весь мир узнал о них. Выживание и так было достаточно трудным, не хватало ещё правительства и военных, преследующих их. Что касается охотников, – они были особым племенем, мужчины и женщины, которые не вписывались в общество. Недоверие к власти и правительству побуждало их не привлекать к себе внимания. Как и опасение оказаться в палате для психов в некоем учреждении, если бы они начали разглагольствовать об оборотнях, вампирах и демонах.
Ему хотелось оградить Алекс от правды, но он знал, что это было невозможно, да к тому же и неразумно. До сегодняшнего дня у нее была приятная, комфортная жизнь, и на долю секунды он пожалел, что частично послужил причиной ее разрушения, хотя знал, что не было больше ничего, что еще он мог бы предпринять. Он ни за что не мог бы позволить другим волчьим стаям схватить ее. Они не относились бы к ней с должным вниманием и уважением, как к чистокровной волчице, но считали бы ее немногим лучше племенной кобылы, рожающей им детей, в которых их вид так отчаянно нуждался.
Джошуа протянул руку и большим пальцем стер грязное пятно с ее щеки. Алекс выглядела, да такой и была: измотанной, разгорячённой и потной. Ее трикотажная рубашка была грязной, покрытой пятнами, а сапоги стоптались и покрылись пылью. Она не пользовалась косметикой и под глазами у неё залегли темные тени. Но всё равно – она была самым красивым существом, которое он когда-либо видел, и ему было ненавистно, что придётся ещё больше увеличить тот страх, который он заметил в ее прекрасных серых глазах.
— Охотники за головами, — начал он мягко. — Есть много таких, кто хочет стереть наш вид с лица земли. Они убивают нас при любой возможности, но наиболее уязвимы молодежь и пожилые люди.
— О, Боже, — воскликнула она. На ее побледневшем лице глаза казались огромными.
Проклиная про себя всех охотников, вызвавших страх и отвращение на ее лице, он продолжил. Она должна знать правду, хотя бы для чувства самосохранения.
— Они охотятся с серебряными пулями, с мощными стальными ловушками, облицованными серебром. Они ловят и снимают шкуру с любого из тех несчастных волков, которые им попались, находятся ли они в человеческой форме или в форме волка.
Он закрыл глаза и сглотнул, когда воспоминания о друзьях и близких, которых он нашел слишком поздно, захлестнули его. С детьми всегда было хуже всего.
Звуки рвоты Алекс, вернули его из воспоминаний. Отвернувшись в темный угол, она согнулась пополам, обхватив руками живот. Он быстро подошёл к ней сбоку и поддерживал ее, пока всё не кончилось. Не так уж от многого избавился ее желудок, но она продолжала чувствовать позывы тошноты и после того, как он опустел. Наконец, она остановилась, ее ноги подгибались. Подхватив Алекс на руки, он отнес ее к окну.
— Алекс, нам надо уходить. — С утешением придется подождать. Они и так потратили впустую больше времени, чем это было безопасно. Нужно было увозить ее как можно дальше отсюда.
— Я знаю. — Ее голос был слаб, но решителен. — И это – то, чего я должна ждать с нетерпением? Охотники, которые жаждут поймать меня и содрать кожу с моего тела просто потому, что я имела несчастье родиться?
Его руки крепче сжались вокруг нее.
— Этого не случится. — Он не позволит этому случиться.
— Может, ты будешь не в состоянии это остановить. — Она потерла руками лицо и глубоко вздохнула. — Отпусти меня.
Он уставился на окно, пытаясь сообразить, как бы ему пройти через него с ней на руках. Ему нужно было оторвать еще несколько досок, но это означало, что пришлось бы опустить ее на землю, а делать этого ему не хотелось.
— Джошуа, — она обхватила ладонями его лицо и повернула к себе. — Тебе придется отпустить меня. Я в порядке. — Она резко оборвала его, тряхнув головой, прежде чем у него появился шанс что-то сказать. — Нет. Ты знаешь, что я права. У тебя должны быть свободны обе руки – на тот случай, если придется драться. А я должна быть на ногах, если возникнет необходимость защищаться.
Уступая неизбежному, он отпустил руку, поддерживающую ее колени, позволив ее телу плавно соскользнуть по нему, пока ее ноги не коснулись земли.
— Держись ближе и делай точно так, как я тебе говорю.
Он знал, что ей вовсе не нравится его приказ, но она кивнула. Затем ее лицо снова смягчилось.
— Спасибо тебе, что вернулся и нашёл меня.
— Я всегда буду приходить за тобой, Алекс. — Он заставил себя отпустить ее и без затруднений вылез через окно. Он оглянулся назад, но она все еще оставалась там, наблюдая за ним с непонятным выражением на лице. Джошуа протянул ей руку.
— Идём. Пора уходить.
Взяв его за руку, она позволила ему помочь ей выбраться из здания – в ночь, которая опустилась на город.
— Куда мы пойдем? — Она говорила так тихо, что это был почти шепот.
— Мы должны спрятаться где-нибудь в безопасном месте, пока я попытаюсь найти для нас другой транспорт.
Алекс нерешительно задумалась, теребя зубами нижнюю губу. Он почти застонал – так молниеносно пронзило его вожделением это бессознательное действие.
— Я могу раздобыть для нас что-нибудь для поездки. Машину, которая не будет связана ни с папой, ни со мной.
Он покачал головой.
— Не беспокойся. Я смогу достать другой автомобиль. У меня есть связи в городе.
— Ты? ... — в ее голосе прозвучало удивление.
Он проигнорировал ее невысказанный вопрос, держа все свои чувства начеку, поскольку вел ее позади большой группы зданий, чтобы вернуться обратно на тротуар. В молчании, они прошли несколько кварталов, затем вскочили в автобус и ездили на нем до тех пор, пока толпа не стала гуще, когда они оказались в более оживлённой части города.
Сойдя с автобуса, они слились с толпой людей, многие из которых направлялись, чтобы поужинать где-нибудь. А потом отправиться в какой-нибудь клуб, чтобы выпить и потанцевать. И возможно, найти на ночь партнера для секса, с тем, чтобы на время забыть о своих проблемах.
— Джошуа? — снова напомнила Алекс.
— Мы поговорим, когда будем в безопасности. Тогда я отвечу на все твои вопросы. — Джошуа чувствовал ее раздражение, но не обращал на это внимания. Не было ничего важнее, чем ее безопасность.
— Ты можешь поспорить на свою задницу, я буду готова в любое время, — пробубнила она себе под нос. Но он услышал ее, и это заставило его улыбнуться.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:24 #9

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 8


Алекс старалась не отставать от Джошуа, когда тот вел ее сначала по одной улице, а затем по другой. Уже стемнело, и девушка была рада, что он, кажется, знает, куда идти, потому что она не имела ни малейшего представления о том, куда они направлялись.
Алекс все еще была в шоке, чуть ли не столкнувшись лицом к лицу с одним из тех, кто напал на них этим утром. Хотя до этого на какое-то время почти позволила себе поверить, что утреннее нападение безвозвратно ушло в прошлое. Что ее жизнь могла бы каким-нибудь образом вернуться к нормальному состоянию. Увидеть его – было жестоким напоминанием о том, что теперь это стало ее реальностью. Эти мужчины будут убивать, чтобы завладеть ею.
А другие могут запросто убить ее. Алекс вздрогнула и плотнее запахнула куртку на груди, когда подумала об охотниках за головами. Что же это за люди, которые охотятся и убивают детей только потому, что они принадлежат к другому виду? Девушка покачала головой, удивляясь наивности своего вопроса. Всегда существовали отдельные личности, чьими жертвами становились те, кто был слабее или чем-то отличался от других. Ей приходилось видеть это в своем районе. Такое случалось каждый день по всему миру. Люди боялись сталкиваться с кем бы то ни было, или с чем бы то ни было, что отличалось от них самих.
Сглотнув, Алекс почувствовала кислый привкус во рту, оставшийся после того, как она рассталась с остатками своего обеда. Это было проявлением слабости. Ей нужно стать выносливее, если она собирается выжить. Она расправила плечи, не спуская глаз с Джошуа. Сегодня он убил человека. Свернул ему шею голыми руками. Хотя сама девушка до сих пор не могла выбросить из головы волка, в которого выстрелила, она не думала, что Джошуа мучили сомнения по поводу того человека, которого он убил.
Не то, чтобы Джошуа был бессердечен или жесток. Наоборот. Джошуа жил по принципам противостояния добра и зла. Его целью было защитить свой народ, и он сделал бы всё, что бы ни потребовалось от него для этого. Он не искал неприятностей, но и не собирался бежать от них. Алекс не сомневалась, что он отдал бы жизнь, чтобы защитить ее.
Через что нужно было пройти человеку, чтобы стать подобным Джошуа? Какие жизненные испытания сформировали его характер, сделав его тем, кем он был?
Он уверен, до мозга костей, в своей способности позаботиться о них двоих. Была характерная особенность, почти звериная, в том, как он смотрел на мир вокруг себя. Определенно, Джошуа был хищником. Это было в том, как он держался. В том, как двигался. Мужчины испытывали страх перед ним, несмотря на то, что каждый хотел бы стать таким как он, а женщины просто стремились быть с ним.
Джошуа был загадкой. В одну минуту – пылкий влюбленный, в следующую – абсолютный самоконтроль, с виду – почти полное равнодушие. У мужчины было больше слоев, чем у луковицы, и она была полна решимости добраться до сути. Что он подразумевал, говоря, что у него есть контакты? Означает ли это, что он был здесь не один? Почему до сих пор они не получили помощи, если она была доступна? У нее было так много вопросов, что начинала болеть голова. Девушку все еще немного подташнивало, и она отчаянно нуждалась хотя бы в небольшом количестве воды, чтобы прополоскать рот.
Осмотревшись вокруг, Алекс заметила круглосуточный мини-маркет.
— Мне нужно немного воды.
Джошуа повернулся к ней и внимательно вгляделся в ее лицо, прежде чем кивнул головой.
— Мне следовало подумать об этом.
Одно это предложение вызвало у нее улыбку.
— Ты – не Бог, Джошуа. Ты не можешь думать обо всем.
Уголок его рта дернулся, но он не улыбнулся.
— Это моя работа – думать обо всем. — Джошуа придержал открытую дверь, пропуская ее вперед.
Освещение было резким, и Алекс моргнула, что позволило ее зрению сфокусироваться. Девушка направилась прямо к холодильнику, стоящему в задней части магазина, и, открыв раздвижную стеклянную дверь, извлекла пару бутылок с водой. Джошуа следил одним глазом за ней, а другим – за клиентами в магазине. Она не сомневалась, что он точно знал, где кто находится, кто во что одет, и может предоставить их подробное описание, если потребуется.
На что это должно быть похоже – жить подобно ему? Алекс считала, что было бы лучше, если бы она начала учиться у него, начала уделять больше внимания своим действиям. Он, разумеется, может думать, что отвечает за ее безопасность, но, в конечном счёте, она сама несет ответственность за себя.
— Тебе что-нибудь нужно? — вполголоса спросила она, возвращаясь обратно к нему.
Джошуа покачал головой.
— Когда мы доберемся туда, куда идем, я смогу получить всё, что нам потребуется.
Алекс встала в маленькую очередь и поставила две свои бутылки на прилавок, когда подошёл ее черёд. Засунув руку в карман джинсов, достала мятую банкноту. Пожилой продавец, не обращая на нее никакого внимания, пробил через кассу ее покупку, взял деньги и вернул ей сдачу. Она сунула деньги в карман, забрала бутылки и направилась к двери вместе с Джошуа, следующим прямо за ней.
Выйдя на улицу, девушка засунула одну бутылку в карман своей куртки и открутила крышечку с другой. Подняв ее, она поднесла открытую бутылку ко рту. Вода приятно холодила, освежая ее губы. Однако она не стала глотать. Вместо этого, Алекс тщательно прополоскала рот и сплюнула в урну для мусора, стоявшую прямо возле магазина. Она делала так еще несколько раз, пытаясь избавиться от отвратительного привкуса во рту, пока, наконец, не позволила себе выпить немного воды.
— Лучше?
Алекс кивнула и, наклонив бутылку, допила остатки воды, прежде чем выбросить ее в урну. Вытащив вторую бутылку из кармана, девушка открыла ее и предложила Джошуа. Он взял ее и, когда забирал бутылку из ее руки, их пальцы соприкоснулись. От этого легкого взаимного касания все её тело сжалось от желания. Это противоречило всякому здравому смыслу.
Он долго тянул воду из бутылки. На мощной, словно колонна, шее судорожно двигалось горло, когда он глотал. Его лицо было повернуто к ней в профиль, подчеркивая резкие крылья и очертания его носа. Прежде она не замечала маленькую горбинку посреди его носа. Это был довольно крупный нос, но он хорошо гармонировал с его лицом.
Джошуа опустил бутылку и облизал губы. Алекс обнаружила, что тоже невольно облизывает свои губы. Что бы ей действительно хотелось делать, – так это облизывать его губы. Встряхнувшись, она заставила себя оторвать взгляд от него – за мгновение перед тем, как он повернулся к ней и протянул бутылку.
— Спасибо. Как раз то, что нужно.
Алекс осторожно, чтобы не позволить их пальцам вновь соприкоснуться, приняла у него бутылку.
— Не стоит благодарности. — Допив то, что осталось, она бросила бутылку в урну. — Я готова.
— Ты, несомненно, да. — Его низкий, интимный голос погладил ее кожу подобно физической ласке. Какого черта он подразумевал под этим? Прежде чем девушка набралась в себе мужества потребовать его объясниться, он уже ушел. Ей пришлось поспешить, чтобы догнать его и зашагать с ним рядом.
В физическом смысле Джошуа был, безусловно, достоин внимания. Она разглядывала его, идя вслед за ним по тускло освещенному тротуару. Его ноги были длинными и мускулистыми. Джинсы туго обтягивали округлости его безукоризненной задницы, а размашистая, свободная походка заставила не одну женщину задержать на нем заинтересованный взгляд. Алекс, в свою очередь, отвечала им яростными взглядами.
Было чистым удовольствием наблюдать, как он движется. Этот мужчина был невероятно привлекателен в своей грубоватой манере держаться. Он обладал неуловимо текучей грацией, такую она видела только у одного человека – своего отца. Алекс поняла теперь, что это волк в них обоих позволял им двигаться подобным образом.
Алекс не могла отрицать, что ее притягивает тот животный магнетизм, который был в нем. Был ли он прав? Будет ли ее так же притягивать к другому оборотню? Алекс так не думала. Было что-то особенное в Джошуа. Оборотень или человек – она чувствовала влечение к нему.
На что это было бы похоже – заняться с ним любовью?
Дрожь прокатилась вниз по ее спине, и она вытерла потные ладони о штанины своих джинсов. Этого было почти достаточно, чтобы заставить ее кончить – просто подумать обо всей этой мужской мощи, сосредоточенной полностью на ней. Он был бы совершенным любовником. В этом у нее не было никакого сомнения. Все что он делал, – он делал с целью всецело окружить ее своим вниманием. Было слишком легко представить, как он сливается с ней воедино, движется глубоко в ее лоне, заставляя ее кричать от удовольствия. У нее было довольно неплохое воображение, хотя никогда и не было любовника.
Она снова облизала губы и отвела взгляд, понуждаемая необходимостью взять под контроль свои разгулявшиеся гормоны. Алекс огляделась и, уловив несколько знакомых ориентиров, сумела определиться с их местонахождением. Они приближались к зоне развлечений. Художественные галереи, рестораны и модные клубы – все соперничали между собой в борьбе за деньги потребителей. Это были, по большей части, высококлассные фирмы, но и кроме них в городе повсюду существовали клубы и бары, начиная от самых шикарных и кончая захудалыми.
Они привлекали к себе дурманом спиртных напитков, громкой музыкой и возможностью забыть на время о жестоком и беспощадном окружающем мире. Существовали и частные клубы, если вы знали, где их найти, предлагающие все виды незаконных удовольствий. Все знали об этом, но в большинстве своём никогда не говорили о них или не знали точно, где их искать.
— Куда мы идем?
— Мы собираемся увидеться кое с кем, кто поможет нам достать какой-нибудь новый транспорт. — Джошуа поймал ее руку и потянул за собой по тротуару. Она предположила, что, наверное, сбавила ход, хотя это произошло не намеренно. Разноцветные огни и звуки музыки, доносящиеся из клубов, привлекли ее внимание. В воздухе царила атмосфера праздника, но за ней она ощущала мрак и отчаяние.
К тому же, Алекс почувствовала растущую напряженность Джошуа, и это заставило ее занервничать. Все здесь было слишком громким, слишком неистовым, все било через край. От чрезмерной нагрузки едва не разболелись глаза и уши. Уличные торговцы продавали еду с дымящихся паром тележек, вышибалы, стоящие у дверей клубов со скрещёнными на груди мускулистыми руками, пропускали внутрь по нескольку человек за один раз. Её острое проницательное зрение позволило ей заметить юнца, стащившего бумажник у ничего не подозревающего мужчины, а так же и то, что у нескольких мужчин и женщин, прошедших мимо них, было при себе оружие. Возможно, она и находилась всю жизнь под несколько излишней опекой, но отец научил ее наблюдать за другими, чтобы она была способна защитить себя. Не то, чтобы Алекс осуждала их. У неё у самой в каждом сапоге было запихнуто по ножу, а в кармане лежал заряженный девятимиллиметровый.
Алекс наблюдала за потоком людей, проходящих мимо них. Крутые на вид мужчины, одетые в джинсы и кожу соседствовали с бизнесменами в костюмах-тройках. Сильно накрашенная, смеющаяся женщина, на высоких каблуках, в короткой юбке и тесном топе, наводила на неприличные мысли кое-кого из мужчин. Другие женщины – в дорогих платьях и сверкающих драгоценностях, – беспрепятственно входили в клубы, в то время как прочие томились в длинных очередях.
Некоторые мужчины обращали на неё внимание, но тут же отводили глаза, когда Джошуа встречал их убийственно свирепым взглядом. Они не могли знать, кто он, но как будто чувствовали, что он не тот человек, который позволит с собой шутки шутить.
— Держись ближе. — Он потянул ее прочь из общего людского потока. Они продолжали идти, и Алекс уловила в воздухе запах шоколада. Это могло означать только одно: Речной Район Фултона. Здесь процветали фирмы, в число которых входила и шоколадная компания, расположенная рядом с пустыми пакгаузами и миллионными коттеджами. Развитие этой части города было быстрым и бурным.
Это разбудило любопытство Алекс. Они направляются к какому-нибудь из пустых складов или в один из этих сказочных коттеджей? По всей видимости, ни то, ни другое. Джошуа повел ее тускло освещенным проулком, который тянулся к большому складу. Даже находясь снаружи, она могла слышать тяжелый ритм музыки, грохочущей внутри ночного клуба. Они миновали длинную очередь постоянных клиентов, дожидавшихся на улице, и подошли к закрытой железной двери.
— Эй, мужик, — выразил недовольство парень. — Здесь очередь!
Не обращая на него внимания, Джошуа начал барабанить в дверь. Несколько других мужчин начали ругаться, в толпе росло беспокойство. Алекс придвинулась к нему сбоку – так, чтобы иметь возможность следить за толпой. Она не хотела, чтобы кто-то незаметно подкрался сзади. Джошуа снова ударил по двери.
Дверь распахнулась от сильного толчка – на пороге стоял самый крупный мужчина, какого Алекс когда-нибудь доводилось видеть, и она сразу забыла о толпе позади них. Она просто стояла, изумлённо уставившись на него. Парень был, по меньшей мере, шести футов и восьми дюймов, если не больше. Одетый в кожаные штаны, сапоги и жилет, с головой, обритой наголо, он имел устрашающий вид. К счастью, он проигнорировал её и уставился на Джошуа.
— Что?
— Мне нужен Дэймек. — Казалось, Джошуа был меньше всего обеспокоен тем, что этот парень оказался крупнее его.
Вышибала в упор посмотрел сначала на Джошуа, затем на нее. Алекс почувствовала, что его пристальный взгляд буквально приковал ее к месту, но она, не отведя глаз и не мигая, встретилась с его глазами. Девушка облегчённо выдохнула, когда он повернулся к Джошуа.
— А ты кто?
— Страйкер.
Глаза вышибалы расширились, как если бы он узнал имя. Он кивнул и отступил в сторону, освобождая им путь. Некоторые из людей, ждущих своей очереди, начали возмущаться. Великан заставил их замолчать единственным грозным взглядом.
Алекс последовала за Джошуа в темный вестибюль. Вышибала открыл перед ними другую дверь.
— Подождите на танцполе. Дэймек даст знать, если он вас примет.
Джошуа кивнул и повел ее внутрь. Навстречу ударил горячий поток воздуха, музыка насиловала её слух.
— Кто такой Дэймек? — Алекс надеялась, что кем бы он ни был, он сможет помочь им найти транспорт, так необходимый, чтобы выбраться из города.
— Не сейчас, — Джошуа почти кричал ей в ухо. Она едва слышала его из-за грохота музыки и гула толпы.
Было трудно двигаться, так как извивающаяся масса тел корчилась на танцполе под ритмичные удары музыки. Стучали барабаны, выл саксофон, две гитары изливали свои возбуждающие мелодии в пространство зала. По краям танцпола стояли столики, но все они были заняты.
Глаза Алекс увеличились, когда она заметила пару, откровенно ласкающую друг друга. Блузка женщины распахнулась, ее груди вывалились, их тискали руки мужчины. Рука женщины была засунута в ширинку партнера.
У неё перехватило дыхание, когда она увидела другую пару, совокупляющуюся у задней стены. Мужчина стоял спиной к ней, но было очевидно, что его брюки расстегнуты и он вовсю трахает свою партнершу, чья юбка задралась до самой талии. Ее голые бедра обхватили его поясницу, когда он толчками входил в женщину, забыв об окружающих их людях.
— Не обращай внимания. — Алекс даже подскочила, когда Джошуа обхватил её рукой за плечи и повел на танцпол.
…Не обращай внимания. Не было никакой возможности заставить себя игнорировать тот факт, что все вокруг занимаются сексом. Чем больше ее глаза привыкали к мигающему свету, тем больше она видела.
Одна женщина, стоя на коленях под столом, сосала у мужчины член, который скользил в её губах, двигаясь туда и обратно. Другая, обнажённая до пояса, раскрыла рот в беззвучном крике, в то время как двое мужчин языками ласкали ее соски. В углу зала находилась кабина, в которой невообразимо переплелась масса конечностей и частей тел. Она не была уверена, что действительно хочет знать, что там происходит.
Алекс никогда не была вуайеристом – человеком, получающим сексуальное удовольствие от подглядывания, но было что-то почти гипнотическое в наблюдении всех этих сплетенных тел, нимало не заботящихся о том, что кто-то наблюдал за ними, когда они принимали участие в древнейшем из человеческих актов.
Даже здесь, на танцполе, руки скользили по нагой плоти. Люди были на различных стадиях раздевания, бесстыдно прикасаясь во время танца и к себе, и к другим танцующим. Один мужчина мастурбировал, двигая рукой в такт музыке, в то время как две женщины наблюдали за его действиями, скользя руками по его обнаженной груди. Другая женщина, совершенно голая, была зажата между двумя мужчинами, пальцы которых проникли в её анус и во влагалище, а их языки скользили вокруг ее сосков. Разноцветные огни неистово мерцали над толпой, делая картину еще более нереальной.
Джошуа вытащил ее на площадку и развернул так, чтобы она оказалась лицом к нему.
— Не обращай на них внимания, — повторил он и, положив руки на ее зад, притянул к себе.
О, Господи! Их бёдра соприкоснулись, и она чуть не застонала, когда твердая выпуклость на передней части его джинсов потерлась о ее холмик. Не стоило даже и отрицать, что картина происходящего вокруг пробудила ее чувства и разожгла грызущую потребность внутри нее.
— Вот и все, — мурлыкал он ей на ухо. — Их не существует. Есть только ты и я. — Джошуа начал двигаться под музыку, покачивая бедрами. Алекс поймала ритм и начала двигаться вместе с ним. Их бедра одновременно вращались и тёрлись друг о друга в подражание половому акту, как будто они кончали вместе снова и снова.
Его рука скользнула вверх по её спине и, переместившись на грудь, обхватила ее поверх трикотажной рубашки. Джошуа обнял ее, его тепло и сила обернулись вокруг нее подобно кокону.
Алекс облизнула губы и, вращая бедрами, терлась об него своим сокровенным местечком. Даже сквозь несколько слоев одежды это было восхитительное ощущение. Ее клитор набух, и каждое нажатие на него заставляло его пульсировать еще сильнее. Ее трусики намокли и все, чего ей хотелось – это приникнуть к Джошуа ещё ближе.
Капли пота скользили вниз по ее спине. Окружающие их люди танцевали и, двигаясь, бесцеремонно вторгались в их пространство, лишая их воздуха. Алекс почувствовала, что задыхается. Кружилась голова. «Джошуа…». Его имя прозвучало скорее как стон. Его темные глаза сузились, когда он склонил голову к ней. Его губы все ближе... Почти касаются…
Джошуа издал низкий рык, и его голова дернулась влево. Алекс проследила за его взглядом и увидела большую руку, коснувшуюся его плеча. Он немедленно отпустил ее, развернувшись, чтобы встретить угрозу, низкий рык поднимался из глубины его груди.
Вышибала поднял руки в знак мира и крикнул, перекрывая шум толпы:
— Расслабься, мужик. Дэймек хочет увидеться с вами прямо сейчас. — Он махнул рукой в сторону бара.
Джошуа кивнул, схватил ее за руку и потянул сквозь толпу. Теперь, когда момент прошел, щеки Алекс горели от стыда. Что на неё нашло? Было что-то такое в этом месте, что, казалось, начисто отбрасывало в сторону всю ее природную сдержанность. Она занялась бы любовью с Джошуа прямо на танцполе, если бы он захотел. И ей было совершенно безразлично, что все эти люди вокруг могли наблюдать за ними.
Как будто бы зная, куда идти, Джошуа повел ее мимо бара и затем по короткому коридору. Чем ближе они подходили, тем напряженнее она становилась. Здесь что-то было. Что-то опасное.
— Позволь, говорить буду я.
Алекс могла бы сказать Джошуа, что ему не стоит беспокоиться по этому поводу. Она все еще не определила, с кем или с чем им предстоит встреча.
При их приближении дверь в конце коридора открылась. Несмотря на жару, холодок пробежал по спине Алекс. Что-то могущественное. Что-то – она была не совсем уверена, было ли это зло или нет, – но оно было близко и оно ждало их.
— Войдите. — Низкий голос был приятным, но ни на мгновение не обманул ее. Ее инстинкты кричали в ней, требуя повернуться и стремглав бежать в другую сторону. Что бы ни представлял собой этот Дэймек, его следовало принимать всерьез. Ей потребовались все силы, которые у нее были, чтобы заставить себя войти в офис вместе с Джошуа.
— Дэймек, — приветствовал Джошуа мужчину, сидящего за столом.
— Страйкер. — Мужчина сидел, почти полностью скрытый тенью, но он встал, когда они вошли. Дверь за ними плотно закрылась. Алекс глянула через плечо. Там никого не было.
Она повернулась обратно к мужчине, стоящему за столом. Сейчас, когда тусклый свет осветил его, Алекс осознала, что он не человек. Но кем же тогда он был? Если бы ей пришлось угадывать, она сказала бы, что он вампир. У него были черные, притягивающие глаза. Было невероятно трудно, почти невозможно расстаться с ним взглядом. Его кожа была бледна, но он не был некрасив. Наоборот, было что-то неотразимое в нем.
— И кто твоя прекрасная спутница?
Она не стала дожидаться ответа Джошуа.
— Алекс, — ответила она. — Александра Райли.
Уголок его рта дернулся, и он коротко кивнул ей.
— Добро пожаловать в «Запреты».
Она отпрянула, когда он произнёс название клуба. Название оказалось поразительно точным, потому что казалось, – здесь человек сбрасывает с себя всякие запреты. Ее глаза сузились, пока она изучала Дэймека. Был ли он достаточно могуществен, чтобы наложить своего рода заклятие на клуб? Может быть, он колдун или еще что-нибудь вроде того. А колдуны вообще существуют? На данный момент она не могла скидывать со счета ни одной вероятности.
— Мне нужен автомобиль. — Джошуа перешел прямо к делу. Алекс была рада этому. Чем быстрее они уйдут из этого места, тем лучше. У нее начинала болеть голова.
— Это я понял. — Он указал на стулья перед ним. — Пожалуйста, садитесь.
Алекс почувствовала побуждение сесть, как будто бы кто-то нашептывал ей на ухо, говоря, что она хочет сесть. Это приводило в замешательство, если не сказать больше. Она покачала головой.
— Спасибо, но я постою.
Дэймек в упор уставился на нее. Она точно так же смотрела на него. Медленная улыбка озарила его лицо.
— Она достойна тебя, мой друг, — сказал он Джошуа.
Джошуа просто взглянул на другого мужчину, но почему-то она почувствовала, что он доволен ею.
— Спасибо.
— Ах, вы ведь спешите. Жаль, что вы не можете задержаться. Это могло бы быть интересным. — Дэймек искоса посмотрел в ее сторону. — Я наслаждался представлением на танцполе.
От сознания, что он наблюдал, как она терлась об Джошуа, ее лицо обдало жаром. Он видел, как соприкасались её груди с грудью Джошуа, а её холмик – с его эрекцией.
Низкий предупреждающий рык исторгся из груди Джошуа.
— Осторожней, мой друг. Ты говоришь с дочерью Джеймса ЛеВо.
Дэймек наклонился вперёд и посмотрел на нее более внимательно. Алекс как будто пригвоздили к месту, она не могла пошевелиться. Через мгновение все прошло – так же быстро, как и началось. Дэймек отвесил короткий поклон в её сторону и сел за стол, неожиданно резко перейдя к делу.
Волна облегчения накрыла Алекс, казалось, сама атмосфера в комнате стала легче. Она все еще чувствовала себя здесь неуютно и не могла дождаться, чтобы уйти.
— Завтра утром вас будет ждать грузовик. — Он скороговоркой произнёс координаты места и Джошуа кивнул.
— Сколько?
Дэймек покачал головой и вернулся взглядом к Алекс. У нее было чувство, как будто он пытается проникнуть ей в самую душу. Она не дрогнула, не уступила, хотя и протянула руку к Джошуа. Тот накрыл ее пальцы своими, соединив их руки.
— Нисколько. — Дэймек встал. — Я нахожу, что мне нравится мысль о том, что Джеймс ЛеВо будет у меня в долгу. Мы закончили с этим. — Плавным движением он вышел из-за стола и остановился прямо перед ней. — Если тебе что-нибудь потребуется – не стесняйся, можешь обращаться. — Он всунул тяжелую веленевую визитку в карман ее куртки. — Просто покажи это на входе.
— Мм, спасибо. — Алекс заставила себя сдержать дрожь, когда он протянул руку и коснулся ее лица. Пальцы, легко прикоснувшиеся к её щеке, были холодными. Джошуа, стоя рядом с ней, ощутимо напрягся. Она практически чувствовала его содрогание от едва сдерживаемой ярости.
Джошуа вытащил из кармана и бросил на стол пачку банкнот.
— Этого должно хватить. Не хочу, чтобы я, или кто-либо другой, был у тебя в долгу. — Он повернулся к ней. — Идём.
Джошуа потянул ее прочь, и рука Дэймека опустилась. Показалось, будто он исчез в мгновение ока, хотя она чувствовала его там, в тени комнаты.
Алекс, следуя за Джошуа, вышла в короткий коридор, и они направились сквозь толпу к выходу. Она не могла дождаться, чтобы как можно скорее выбраться из клуба. Наконец, вышибала открыл им дверь, и они вышли в переулок. Алекс полной грудью вдохнула свежий воздух.
— Что всё это было? — Она не представляла себе, что только что произошло, но чувствовала, что это было очень важно. — Кто он?
— Не сейчас, — отрезал Джошуа. — Когда мы уберёмся отсюда подальше.
Алекс нахмурилась. Она знала, что он был расстроен, но не вполне понимала, почему.
Во-первых, он сам взял ее в этот клуб. Дэймек – его контакт, а не ее.
Как раз, когда она подумала об этом, она вспомнила о карточке, спрятанной в кармане, – визитной карточке, которая была дана ей с предложением помощи. Да уж, вероятно, это было не тем, чем ей следовало бы воспользоваться когда-нибудь в будущем. Интуитивно она понимала, что к предложению помощи прилагались определенные условия.
Алекс только что познакомилась с ним, но не думала, что Дэймек принадлежал к тем существам, которые что-либо делают по доброте душевной. У него на все есть своя цена.
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:27 #10

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 9


Джошуа понимал, что ведет себя, как настоящий осел, но не представлял себе, как это прекратить. Ревность была скверным чувством и, пожалуй, единственным, в чем у него не было опыта. Ему хотелось вцепиться Дэймеку в горло, когда тот коснулся Алекс. Бессмертный был более чем очарован ею, если уж зашёл так далеко, что предложил ей помощь на будущее. В этом не было ничего хорошего. Последнее, что ему было бы нужно – это война с вампиром. Эти ублюдки сильны и живучи, и, несмотря на их смертельную реакцию на солнечный свет, убить их чрезвычайно трудно.
Он почти слышал, как этот сукин сын, Дэймек, смеется над ним. Они знали друг друга около десяти лет, но он не мог сказать, что они друзья. Иногда они помогали друг другу. Для каждого из них выживание своего вида всегда было первостепенным. Охотники за паранормальными существами представляли для них общего врага, и это заставило их обратиться друг к другу, чего в иных условиях они, естественно, не сделали бы.
Джошуа понятия не имел, как Дэймеку удавалось жить и работать рядом с людьми на легальном основании. Хотя с другой стороны, он ведь был гораздо более общительным существом. К этому добавлялся тот факт, что для обеспечения своего существования Дэймеку требовалась кровь. Находиться как можно ближе к источникам её получения для него было жизненно необходимым. Когда-то ему довелось слышать, что Дэймеку почти тысяча лет, хотя Джошуа никогда не спрашивал его, было ли это правдой.
— Куда мы идем? — Алекс шла вровень с ним, удлиняя свой шаг, чтобы приноровиться к нему. Джошуа тут же замедлился, внезапно осознав, как быстро он идет. И ослабил свою хватку на ее руке. Он сжимал ее так сильно, что было странным, почему Алекс до сих пор не потребовала, чтобы он отпустил ее.
— Нам нужно затаиться до утра. — Его пристальный взгляд прошёлся вверх и вниз по улице, высматривая причины для беспокойства. Ему хотелось бы, чтобы они были уже на пути из Чикаго. Джошуа знал, что охотники и группы оборотней из других стай будут следить за дорогами, но он был бы почти готов рискнуть этим, если бы у них был транспорт.
К тому же, становилось все опаснее оставаться в городе. Казалось, это место кишит оборотнями. Но отправляться сегодня ночью – тоже не вариант. Утром им предстоит заполучить автомобиль, и тогда это будет гораздо безопаснее. Оживлённое движение на дорогах – и они в неприметном грузовике, который не мог быть отождествлён ни с одним из них. Ну, а сейчас ему нужно было отыскать для них безопасное место, чтобы переночевать.
— Этот клуб, — начала она. — Он необычный.
Это было ещё слабо сказано. Дэймек заправлял притоном. Если у вас есть порок – он мог удовлетворить любой. Но удивляло, что он обладал моральными принципами, живя по своему собственному кодексу этики. Дэймек никогда не испытывал нравственных проблем, беря деньги с богатых и сильных, а также с глупцов, которые отваживались войти в «Запреты», но Джошуа никогда не видел, чтобы его добычей становились невинные люди. Не то, чтобы многие из тех, кто переступал порог «Запретов» были невинны. Обычно это было далеко не так.
— Дэймек опасен.
— Без шуток, — фыркнула она. — Он вампир?
— Да.
— Это место… оно заставляет чувствовать себя совершенно без каких-либо ограничений. Он достаточно могуществен, чтобы оказывать влияние на действия людей?
Джошуа сам часто задавался вопросом по этому поводу.
— Я думаю, что это сочетание воздействия самого клуба и способности вампира контролировать разум. Это, скорее, вопрос обеспечения контроля над одним или двумя людьми. Как только горстка людей избавляется от своих сдерживающих факторов, другие имеют склонность им следовать. — Он глянул на нее и почувствовал, как холодный пот выступил у него на теле, когда заметил румянец, заливающий ее кожу. Она все еще была возбуждена после их танца в клубе. Теперь, когда они были далеко от толпы, он мог уловить веяние ее сладкого запаха.
— Это… — она облизала губы и пожала плечами, — …возбуждение. Наблюдение за другими людьми, участвующими в сексуальных действиях, сильно заводит, правда?
Джошуа захотелось взвыть. Вернуться бы вместе с ней назад в тот пустынный переулок, содрать с нее брюки и вбивать в нее, пока они оба не начали бы кричать во весь голос в экстазе оргазма. Его член стал твердым, как сталь, а яйца повисли тяжело и низко. Он стиснул зубы и сконцентрировался на дыхании, делая равномерные медленные вдохи.
Он не мог взять ее. Не здесь. Не сейчас.
Во-первых, это было небезопасно, а ее безопасность превыше всего. Во-вторых, он обещал себе, что дождётся, пока они не прибудут в Волчью Бухту. Джошуа хотел спариться с ней, но он хотел сделать это так, чтобы никто не смог оспорить его прав.
Единственный способ в достижении контроля над собой состоял в том, чтобы не обращать на ее внимания. Держа Алекс за руку, он повел ее подальше от центра города.

Они оставили центральную часть Чикаго, сначала поехав на электричке, а затем пересев на автобус, пока, наконец, снова не оказались на улице. Но в отличие от ее района, эта часть города была чуть более преуспевающей. Не так чтобы очень, но достаточно, чтобы оценить ее выше среднего уровня. Было очевидно, что городская реконструкция шла здесь в полном разгаре. Многие из зданий, где жили люди и размещались предприятия, носили на себе признаки реставрации. Жители пытались приукрасить их с помощью покраски и высаживая в кадки цветы. Ни на одной из стен не было видно граффити, а ближайшее соседство создавало многообещающее впечатление. В самом деле, это было очень мило.
Алекс хотела поговорить обо всем, что произошло в клубе, но чувствовала, что Джошуа к этому не расположен. Страстный любовник, который танцевал с ней, тесно притиснувшись членом к её киске, исчез, уступив место воину с холодными, непреклонными глазами. Чувствовалось, он был смущен своей недостаточной сдержанностью. Странно, но она была довольна. По крайней мере, она была не одинока в своих чувствах.
Прохладный ночной воздух немного помог, но ее тело все еще сжигал внутренний огонь, и только Джошуа мог его насытить. Ее груди были тяжелыми и тугими, а соски при каждом шаге упирались в чашечки лифчика так, что ей хотелось кричать. Алекс отчаянно старалась игнорировать пульсирующую боль между бедер. Девушка понимала, что это было не нормой, а частью изменений в химии ее тела, поскольку она входила в течку. Она питала отвращение к этому слову, к ненавистному ощущению, лишающему её контроля над собственным телом и эмоциями.
Алекс все еще было неприятно думать о себе в этом отношении, но факты были неоспоримы. Она хотела секса, но не любого секса. Она хотела неистового, бурного, потного секса. И она хотела его с Джошуа.
Они шли уже примерно около часа, сначала вверх по одной улице, затем вниз по другой, когда, наконец, Джошуа снова заговорил.
– Почти на месте.
Алекс все еще понятия не имела, где находилось это самое место, но ее это совершенно не интересовало. Было уже поздно, и она устала как скотина, но, по крайней мере, ее головная боль немного утихла. Алекс знала, что они снова ходят кругами, потому что Джошуа продолжает проверку, дабы убедиться, что за ними никто не следит.
Прямо сейчас, все, что ей хотелось, – это горячий душ, что-нибудь поесть и упасть в чистую постель, – и не обязательно именно в этом порядке. Еда может подождать. Как только она получит душ и кровать, она станет счастливейшей женщиной на свете. Ее сексуальное желание частично притупилось, побеждённое полным изнеможением. Наверное, то же самое происходило и с Джошуа, который стал теперь таким сдержанным и замкнутым.
Мотель не представлял собой ничего особенного, но Алекс справедливо полагала, что как раз это и делало его подходящим местом для ночлега. В нем не было ничего, что отличало бы его от множества других, ему подобных, в достатке имеющихся в городе. Это было заведение среднего пошиба, – конечно, не из категории с почасовой оплатой, но и, безусловно, не имеющее ничего общего с шикарными отелями, украшающими преуспевающий центр города.
Алекс знала, что в большинство номеров можно было попасть изнутри главного здания, хотя наряду с этим внизу, по одной из сторон первого этажа, было несколько комнат, войти в которые можно было только снаружи. Там же было несколько парковочных мест, чтобы клиент мог поставить свою машину прямо перед входной дверью в комнату мотеля. Алекс могла бы поспорить, что комната, которую Джошуа получит для них, окажется как раз одной из тех, что с наружной стороны, и к тому же, вероятно, поближе к краю, что позволило бы им изолироваться от большинства других комнат и, если потребуется – быстро сбежать задворками.
Джошуа перешёл на бег, когда они стрелой бросились на другую сторону улицы. Движение сейчас было не таким интенсивным, но все равно на дороге еще были машины, даже в это время ночи. Город и в самом деле никогда не спал.
— Жди здесь.
Здесь – был темный угол рядом с входом. Алекс, насколько это возможно, застыла на месте, сопротивляясь побуждению даже переступить с ноги на ногу. Прежде чем она успела осознать это, её глаза уже наполовину закрылись, и ей пришлось встряхнуться, чтобы прийти в себя. Девушка заставила себя сосредоточиться на окружающей обстановке, наблюдая за теми, кто выглядел подозрительно. Кроме себя, то есть.
Джошуа вернулся довольно быстро, с магнитной картой-ключом в руке.
— Сюда.
Она снова зашагала рядом с ним и мысленно поаплодировала себе, поскольку он держал путь к последней двери нижнего этажа.
— Что тут смешного?
Алекс не давала себе отчёт, что улыбается. Она устала больше, чем представляла себе.
— Да нет, ничего. Просто я знала, что ты захочешь получить для нас именно этот номер.
— Знала, говоришь? — Джошуа вставил карту в замок и толкнул, открывая, дверь.
Воздух в комнате был спертым, но не затхлым, за что Алекс была благодарна.
— Этот номер наиболее удален от остальных, и никто не сможет проникнуть в него из мотеля. Это – единственный вход и мы, если потребуется, сможем быстренько убраться отсюда и скрыться в переулке, что идёт позади зданий с этой стороны улицы.
Джошуа вошел в комнату и задёрнул шторы на окне, прежде чем включить свет. Он ввел ее внутрь, закрыл и запер за ними дверь. Комната не вдохновляла, но, по крайней мере, была чистой.
Над всей площадью комнаты доминировала одна большая кровать. Она была застелена выцветшим коричневым покрывалом из шенили1, сверху лежали две комковатого вида подушки в изношенных белых наволочках. Перед окном стоял маленький круглый столик с двумя грубыми деревянными стульями по бокам. Шторы были того же унылого цвета, что и покрывало. Темно-коричневый ковер украшали пятна разных цветов. Алекс не могла точно сказать, какие из этих цветов находились там по праву, и все ли пятна соответствовали рисунку.
Туалетного столика не было, а открытый шкаф демонстрировал голый стержень для развешивания одежды и два встроенных ящика. Собственно, это не имело значения, подумалось ей, так как ни у одного из них не было с собой никакой одежды. По крайней мере, благодаря ее отцу у нее было немного денег.
К слову говоря.
— Сколько я тебе должна со своей стороны за комнату?
Джошуа, который только что закончил проверять ванную, сердито посмотрел на нее.
— Я не возьму с тебя денег.
— Почему нет?
— Почему нет? — Его голос прозвучал скептически.
Алекс пожала плечами.
— Это кажется вполне справедливым, так как мы совместно пользуемся ею.
Не обращая на нее внимания, он осторожно подошёл к окну, приоткрыл краешек шторы и всмотрелся в ночь.
— Я пойду, достану нам что-нибудь поесть. Ты любишь пиццу?
Очевидно, на этом разговор закончился, судя по его отношению. Ничего, позже она вернётся к этому.
— Да, я люблю пиццу. При условии, что в ней нет лука, анчоусов или ещё чего-нибудь гадкого. — Она передёрнула плечами.
Джошуа вернул штору на место, усмешка приподнята уголок его рта.
— Принято. Ничего гадкого. — Усмешка угасла, его рот снова посуровел.
— Тебе придётся самой позаботиться о своей безопасности, пока меня не будет. Пиццерия находится рядом, через два здания. Я вернусь так быстро, как только смогу. А ты, тем временем, держи пистолет под рукой и стреляй, если кто-нибудь, кроме меня, подойдет к двери.
Джошуа подошел к ней и взял за плечи своими большими руками.
— Я хочу сказать, Алекс, что ты стреляешь в любого, кто попытается сюда войти.
— Хорошо.
Его темно-карие глаза пристально смотрели на нее, пока он не удовлетворился тем, что увидел в ее лице.
— Ладно, — сжав напоследок ее плечи, он направился к двери. – Запри за мной.
Алекс послушно подошла к двери и заперла ее за ним. Подойдя к окну, она заглянула в щёлочку между занавесками, но не увидела его. Джошуа уже ушел. Комната показалась опустевшей и гораздо просторней без него.
Беспокойная энергия наполняла Алекс, пока она бродила по комнате, осматривая ее. Отвернув уголок простыней, девушка вздохнула с облегчением, увидев, что они были хотя и не новые, но чистые. Оставив это, она направилась в ванную. Ванная была маленькая, с душевой кабиной, раковиной и унитазом. Все удобства дома. Ну ладно, не совсем, но все же это лучше, чем ничего.
Внезапно Алекс почувствовал себя неприятно липкой. Она действительно хотела бы принять душ: когда ещё для этого найдётся лучшее время, чем сейчас, когда Джошуа ушел. Она не была уверена, что, принимая душ, будет чувствовать себя удобно, если он будет находиться в соседней комнате. Почему-то казалось, что это очень интимное дело. Алекс сознавала, что должна вести наблюдение, но, в самом деле, никто ведь не знал, где они находились. Она взяла бы с собой свое оружие и заперла дверь ванной. Это совершенно ничем не грозило.
На кронштейне висели несколько больших полотенец, соблазняя ее. Алекс отдернула занавеску душевой кабинки и обнаружила кусок мыла, всё ещё покрытый бумажной оберткой. Закусив нижнюю губу, девушка прикидывала, сравнивая возможность привести себя в порядок против гнева Джошуа на неё, когда, вернувшись, он поймет, что она позволила себе стать уязвимой в его отсутствие. Но сомнений не возникло. Никто не знал, где они и манящий зов душа был слишком сильным, чтобы его игнорировать.
Алекс вернулась в комнату, сняла кожаную куртку и повесила ее на одну из трех проволочных вешалок, припаянных к стержню в шкафу. Затем вытащила ножи из сапог и пистолет из кармана куртки. Сев на край кровати, она положила их рядом с собой, после чего расшнуровала свои короткие сапожки и сбросила их с ног. Девушка пожалела, что у неё не было никакой чистой одежды, но решила, что вряд ли ей в этом что-нибудь могло помочь. Однако все же лучше быть чистой, пусть и нет возможности сменить одежду.
Захватив оружие, Алекс вошла в ванную и закрыла дверь на замок. Раздеваясь, она складывала одежду на край раковины. Сначала трикотажная рубашка. Девушка брезгливо держала ее двумя пальцами, чувствуя отвращение к запаху. После того, как она весь день по жаре ходила по улицам, а вечером ещё и побывала в клубе, рубашка насквозь пропотела. Не говоря уже о том, что ей пришлось пройтись по нескольким отвратительным переулкам и скрываться в грязном заброшенном здании. За рубашкой последовал лифчик, который Алекс аккуратно повесила на дверную ручку. Расстегнув джинсы, она изящным движением выскользнула из них и из трусиков. Сдернув носки, девушка бросила их отдельно и открыла краны с водой.
Алекс быстро разворачивала мыло, ожидая, пока вода нагреется. Как только температура стала приемлемой, она шагнула в душевую. Кто знает, как долго вода будет горячей?
Струйки воды ударили по ее телу, и она вздохнула от удовольствия, подставляя голову прямо под воду. Что ей действительно хотелось бы – так это долго отмокать в своей ванне, опирающейся на когтистые лапы-ножки, той самой, что находится у неё дома. На этот антикварный предмет Алекс случайно наткнулась в комиссионном магазине. Она заново отполировала сколы эмали и установила ее с помощью отца. Ванна была глубокая, и ей нравилось скользнуть в её глубину, покрытую пузырчатой пеной, и расслабиться после тяжелого трудового дня. Это было одно из немногих роскошеств, которые она себе позволяла.
Подняв ровный кусок белого мыла, Алекс провела им по рукам и ногам, но оказалась не в силах произвести больше, чем несколько мелких пузырьков. Груди наполнились болью, внутри всё запульсировало, но она проигнорировала растущее беспокойство. Как бы ни было заманчивым прикоснуться к своему телу, она сдержалась. Это дало бы ей временное облегчение, но в итоге ещё больше повысило бы ее сексуальное возбуждение.
Почему-то, когда Джошуа касался ее, она чувствовала себя совсем по-другому, затихали некоторые из гормонов, бушующих в ее организме. По крайней мере, на время.
Вздохнув, Алекс начала мылить своё туловище. Ей пришлось стиснуть зубы, когда она мыла груди. Соски напряглись и покраснели, умоляя о ласке. Мытье между ног было особым способом пытки. Складки ее вагины стали горячими и скользкими ещё до того, как вода коснулась их. Она застонала, когда ее внутренние мышцы сжались. Шатаясь, она нащупала руками стену, не давая себе упасть, когда волна страстного желания прошла через нее.
Алекс оттолкнулась от стены и закончила мытьё. Ступни ног были красными, с несколькими кровоточащими пятнышками на ее лодыжках и по бокам. Ее сапожки не были предназначены для таких длительных прогулок, как сегодня, но с этим ничего нельзя было поделать.
Девушка выступила подальше из-под струек душа, чтобы намылить голову. Чтобы добиться пышной мыльной пены требовалось время, но она упорно продолжала энергично тереть мылом голову. Почувствовав себя чистой, она шагнула обратно под быстро остывающие струйки, позволяя им смыть все мыло с волос и тела.
Понимая, что не должна задерживаться, Алекс закрыла оба крана и схватила одно из полотенец. Вытерев им тело, она обернула его вокруг себя и подвернула концы на груди. Не видя другой возможности, девушка неохотно натянула носки обратно на ноги, стараясь не задевать болезненные места. Носки, может, и были грязными, но все же это было лучше, чем ходить босиком по ковру.
Алекс прикинула – не постирать ли нижнее бельё, но решила не делать этого. Если бы им пришлось убегать глубокой ночью, ей хотелось бы быть в белье. Как бы глупо это ни звучало, без него она чувствовала себя более уязвимой. Схватив трусики, Алекс натянула их на себя. Потом сгребла остальную часть одежды одной рукой, оружие – другой, и открыла дверь ванной.
Пар оттуда последовал за ней в спальню. Алекс все еще была уставшей, но, по крайней мере, почувствовала себя немного лучше.
Металлический звук достиг ее ушей, и она заметила, что ручка входной двери начинает поворачиваться. Кто-то был за дверью.
Бросив одежду и ножи, девушка сжала пистолет обеими руками, нацелив его прямо на дверь. Ее сердце колотилось, но руки были тверды, она смело встречала очередную угрозу.
Замок щелкнул, и дверь начала открываться. Палец Алекс напрягся на курке. Дверь открылась шире. Алекс, в ожидании, закусила нижнюю губу. У нее мог быть только один удачный выстрел.
Сначала показалась плоская квадратная коробка, затем мужчина. Джошуа, замерев в двери, выглядел столь же ошеломленно, как, должно быть, и она, – она была в этом уверена.
— Алекс?
Она вздрогнула и опустила пистолет. Толчком ноги захлопнув дверь, он поставил сумку и коробку с пиццей на стол. Потом спокойно запер дверь. Как он смеет быть таким невозмутимым!
— Я могла застрелить тебя!
Джошуа пожал плечами, его массивные плечи медленно поднялись и опустились.
— Я постучал и позвал. Я полагал, что ты слышала меня.
— Я была в ванной.
— Я вижу. — Прищурившись, Джошуа внимательно оглядел её обнажённые плечи, перевел взгляд ниже, в ложбинку между грудями, где было закреплено полотенце, прошёлся по её туловищу, голым ногам, вплоть до самых ступней, облачённых в носки. Алекс была, в общем-то, вполне прикрыта, но почему-то его взгляд оставлял у нее ощущение, что она стоит перед ним совершенно голой. Она почувствовала слабость, в груди слегка перехватило дыхание. В следующую секунду её трусики увлажнились, но это не имело никакого отношения к влажности, оставшейся после душа.
— Я была в полном порядке. — Даже для ее собственных ушей, голос прозвучал с придыханием, почти игриво. Алекс кашлянула. — Рядом со мной все время был пистолет.
— Теперь уже всё равно ничего не изменишь. – Джошуа отвернулся от неё и открыл сумку. Странно, но тот факт, что внешне он не досадовал на неё, заставил её рассердиться. У нее возникло ощущение, что она каким-то образом подвела его. Она бы предпочла иметь дело с его гневом, чем с его разочарованием в ней.
— Послушай, я не такая уж дура. Я приняла меры предосторожности.
Замечательно, теперь она ведёт себя подобно воинственной малолетке, тогда как она хотела быть похожей на взрослую, здравомыслящую женщину, какой, собственно, и была.
— Алекс, я бы предпочел, чтобы ты подождала. Или, если бы я знал, что ты позарез нуждаешься в душе, я мог бы сходить за едой попозже. Мне просто не нравится мысль, что ты была уязвима.
Она уже слышала это. Эта нотка в его голосе, которым он разговаривал с ней, – как будто ругал себя за то, что не смог предвидеть её действий. Он считал, что должен знать о том, что она сделает, еще до того, как у неё появится намерение это сделать. И это раздражало ее.
— Я уже говорила тебе раньше, сегодня вечером, что ты не Бог.
— Да, говорила. — Джошуа вытащил что-то из сумки и бросил ей. Алекс машинально поймала это свободной рукой, заинтересованная, чем бы это могло быть. Определенно, какая-то одежда. Девушка положила Глок на кровать и встряхнула ткань. Это была белая футболка с ярко-красной надписью спереди – «Настоящая итальянская пицца Джино».
— Я подумал, что ты, наверное, захочешь надеть что-нибудь чистое.
— Спасибо. — Она прижала футболку к груди. Уже в который раз, он проявил удивительную чуткость. Она даже представить не могла, что он подумает о том, чтобы приобрести для нее что-нибудь в этом роде.
Джошуа пожал плечами.
— Пустяки. Надень ее и иди, поешь, пока пицца не остыла. — Он смотрел на нее с непонятным выражением в глазах. — Обещаю, я не взял ничего гадкого.
Она улыбнулась ему, чувствуя себя так, как если бы он подарил ей целый мир, а не просто футболку и пиццу. Тот факт, что в первую очередь он подумал о её грязной рубашке и заказал пиццу с учетом ее пристрастий, растрогал ее до глубины души.
— Хорошо. Я сейчас вернусь.
Алекс поспешила в ванную и захлопнула за собой дверь.

В ту секунду, как дверь закрылась, Джошуа, наконец, освободил сдерживаемое дыхание. В висках бешено стучало. Со всей силы треснув кулаком по стене, он взвыл, – это представлялось ему хорошим способом избавиться до некоторой степени от бушующей ярости, но не тут-то было. Он не мог поверить, не мог даже представить себе, что она отправится в душ, едва только он уйдет. Если бы он не был настолько озабочен тем, чтобы достать для нее еду, если бы он только продумал должным образом ситуацию, он догадался бы, что после всего, что с ней произошло сегодня, ей захочется привести себя в порядок.
Вместо этого, Алекс оказалась открытой и уязвимой, пока он отсутствовал.
Открыть дверь и столкнуться с полной решимости Алекс, целившейся ему в грудь из девятимиллиметрового, – было таким испытанием, которое он вряд ли когда-нибудь забудет. Она собиралась противостоять тому, кто бы ни находился за дверью в одном только куцем полотенце, обернутом вокруг нее.
Он не думал, что она могла представлять, насколько больше это полотенце соблазняло, чем что-то скрывало. Она, возможно, и была прикрыта, но тонкое полотенце чётко облегало все изгибы ее тела, обрисовывая талию и выпуклость бедер. Потребовалась вся его самодисциплина, чтобы не позволить себе сорвать тонкую ткань с ее тела, бросить ее на кровать, и трахать до тех пор, пока они оба не закричали бы от удовольствия.
Прижав ладони к глазам, Джошуа с силой надавил на них. Его член пульсировал, подобно дьявольской зубной боли, без какой-либо видимой надежды на облегчение. Он опустился на кровать и рывком вытащил сотовый телефон из заднего кармана. Это был дешёвый ширпотреб, он выбросил бы его, как только оказался бы дома. Они все использовали подобные телефоны, часто меняя номера. Охотники за головами, может, и не доверяли властям, но они любили свои электронные игрушки и Джошуа знал, что у них были хакеры, которые без проблем могли получить записи телефонных разговоров на кого угодно.
Он набрал номер и подождал. Взяли с первого гудка.
— Ну?
Джошуа даже оскалился, когда зарычал в телефонную трубку.
— Твой день не мог быть столь же скверным, как мой, так что заткнись и слушай.
Человек на другом конце фыркнул.
— Я уже видел, как тяжёл был твой день, братишка. Сегодня утром я наблюдал, как ты разговаривал с женщиной в переулке. Если ты достаточно умён, ты заявишь права на эту женщину, с которой бегаешь по всему городу. Трахни ее, так долго и так сильно, чтобы ей никогда не захотелось другого волка, кроме тебя. — Он сделал паузу. — Будь я на твоем месте, я бы так и сделал.
— Ты не на моем месте. — Его глаза заволокло красным туманом, когда он представил, что брат трахает Алекс. — Это было бы нечестно по отношению к Алекс.
— А ты – все о чести, но никогда о себе, брат мой?
Джошуа с силой провёл ладонью по своему лицу, внезапно почувствовав себя очень уставшим.
— Исайя. — Он и в самом деле не знал, что ответить своему брату. Это было больным местом в отношениях между ними, потому что Исайя, не испытывая чувства долга по отношению к стае, отказался занять должность их отца в качестве Нападающего после его смерти. Вместо него, это выпало на долю Джошуа, следующего по возрасту. Он горячо любил своего брата, но не всегда понимал его. Брат повернулся спиной к делам своих близких.
— Автомобиль оказался под наблюдением.
— Вот дерьмо! Я вызвал Саймона сразу же, как только узнал, куда ты направился. Я предположил, что в качестве альтернативы, для нас будет более полезным выслеживать бродячих волков.
— Это были охотники.
Исайя длинно и грубо выругался.
— Долбанные сукины дети!
— Я взял машину у Дэймека. — Он дал брату координаты места, чертовски не желая делать это по телефону, но сознавая, что это необходимо.
— Я знаю, где это. Мы будем неподалёку, следом за вами. — Он почувствовал, что брат на мгновение запнулся. — Джошуа. Не позволяй долгу лишить тебя того, что должно принадлежать тебе. Не бойся протянуть руку и взять что-нибудь для себя.
— Исайя, — начал он, не вполне представляя, что собирался сказать. Но это не имело значения. Его брат что-то буркнул и прервал связь. Джошуа щелкнул телефоном, закрывая его.
— Кто это был? — Алекс стояла в открытой двери ванной и наблюдала за ним. Она выглядела восхитительно в рубашке, которая едва прикрывала верхнюю часть ее бедер. Он уставился на неё напряжённым взглядом. Если он не ошибался, она была без лифчика.
— Никто. — Джошуа встал и засунул телефон в задний карман.
Алекс приподняла одну бровь и посмотрела на него.
Он вздохнул. Было бы легче, если бы она была покорной женщиной, но тогда, наверное, ничто не притягивало бы его к ней. Покачав головой, Джошуа уступил неизбежному. Он придвинул один из стульев.
— Присядь и поешь, и я расскажу тебе.

Сноска
1. ворсистая полусинтетическая ткань, используемая для обивки мебели
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:27 #11

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 10


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:28 #12

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 11


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:28 #13

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 12


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:28 #14

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 13


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:29 #15

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 14


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:29 #16

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 15


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:29 #17

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 16


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:30 #18

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 17


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:30 #19

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 18


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.

Н.Ж.Уолтерс - Наследие Александры 22 Нояб 2013 22:30 #20

  • Solitary-angel
  • Solitary-angel аватар
  • Не в сети
  • Переводчик, Дизайнер
  • За пределы выйти невозможно потому, что их нет...
  • Сообщений: 3570
  • Спасибо получено: 9289
  • Репутация: 485
Глава 19


ВНИМАНИЕ: Спойлер! [ Нажмите, чтобы развернуть ]
Администратор запретил публиковать записи гостям.
  • Страница:
  • 1
  • 2